Избранница поневоле

Последний импульс, направленный в землю, – и я ощущаю еще один слабый, почти угасающий жизненный поток. Хватит ли мне сил? Стоит ли их тратить на Юдона? Последнего, кто остался в живых под этими жуткими завалами.

Вот он, выбор, который определит, осталась ли я прежней.

Смалодушничала лишь на секунду, промелькнула мысль: «Пусть гниет под руинами, которые когда-то так любил». Но я почти сразу взяла себя в руки.

Ну уж нет.

Я не позволю самой себе.

Влила силы. Все, что осталось, ушло на то, чтобы откинуть глыбу и выстроить новую подпорку под ту, на вес которой не хватит резерва.

Дыхание сбилось, с губ сорвался хрип, и я краем глаза заметила движение справа.

Одна из подпорок надсадно заскрежетала, прямо надо мной начала крениться глыба.

Переоценила себя. И собственные силы. Понадеялась на то, что на выручку придет резерв родовой магии. Глупость. Умереть из-за человека, который просто так, без причины, меня ненавидит?

Верно Нел говорил: «Непроходимая дура, которая не видит дальше своего носа».

И вот он, нос… И камни совсем рядом. Зато Юдон спасся. Вон, кряхтит, избавляясь от мелкой гальки и пыли. А мне… все? Не думала, что именно такой станет моя смерть.

Еще одно резкое движение, и что-то с силой выпихивает меня наружу.

– Фух, успел…

Я с трудом сосредоточила взгляд и не поверила тому, что увидела.

– Кот?

– Меня тут не было, это всего лишь глюк. Так бывает. Э-э-э, от магического перенапряжения, – последнее, что я услышала перед тем, как сознание утекло в темноту.

Какой странный глюк. Слишком уж похожий на неповторимый оригинал. Впрочем, глюки, они такие…

* * *

– Кэтрин, слава богам, ты пришла в себя! – первым, что я увидела, когда открыла глаза, было обеспокоенное лицо Абель.

Воспоминания о прошедшей ночи нахлынули беспощадной волной.

– Что… как… как все остальные?

– Все, кого тебе удалось спасти, живы, – тут же ответила Абель. После опустила взгляд. – Остальные остались под обвалами.

– А… Фернан?

Надежду в моем голосе услышал бы даже безмозглый.

Если бы его нашли под завалами, я бы даже траур носить не стала – лишь испытала бы облегчение в связи с тем, что не пришлось марать руки.

– Твой дорогой муж в полном здравии, – услышала я с порога. – Непомерно рад, что тебя это интересует.

При приходе моего супруга Абель подобралась и смиренно опустила голову. В ее глазах читалась паника, она что-то отчаянно пыталась сообщить.

– Ты. – Муж обратился к моей подруге. – Оставь нас.