Избранница поневоле

– Понял, – было мне ответом.

После чего мужчина развернулся и направился внутрь дома, чтобы выйти с главного хода. Юдон мелким шагом двинулся за ним.

Прошло минуты три, прежде чем мы отважились заговорить.

– Запах роз… – хмыкнул Роланд. – Ох, я большей ереси в жизни не слышал.

– А я про траты на вывод вредителей. Вы же сами их это, магией…

– Лучше скажи, как твоя голова? – обеспокоенно спросила я. – Шишки не будет?

Глава 5

«Лайонел,

жду тебя в кабинете через час.

    Ивес Третий Жюлиан Кристоф дю Тойт».

Что опять стряслось?

Именно с этим вопросом Лайонел спешил в кабинет его величества. Если тот приглашает на личную аудиенцию, а не выдает задание письменно, значит – дело дрянь. Последний раз так было с убийством герцога и герцогини Легран, но и с этим до конца никак не удавалось разобраться.

Единственное дело не только государственной, но и личной важности, которое Лайонелу никак не удавалось распутать. Слишком много ниточек, ведущих в диаметрально противоположные стороны.

– Тут, – мужчина прошел в кабинет короля без стука.

Стража лишь кивнула и, повинуясь немому приказу короля, покинула помещение.

– Присаживайся, – государь кивнул на стул напротив, и Лайонел устало на него опустился. – Мне нужен твой совет.

– Совет?

Вот чего-чего, а совета у Лайонела Бернарда Нарсиса король еще ни разу не спрашивал.

– Именно, – кивнул его величество.

– Внимаю, – с привычной краткостью произнес мужчина.

– Есть одна девушка…

– Ой, опять?.. – лорд Нарсис закатил глаза.

Король то и дело пытался устроить личную жизнь племянника, предлагая самые разные варианты.

– Остынь! – Ивес поднял ладонь, призывая дослушать до конца. – Во-первых, она замужем. А во-вторых, наследница рода Легран.

– Замужняя наследница рода Легран уж точно слишком хороша для меня, – усмехнулся Лайонел.

О том, что леди Кэтрин вышла замуж, Лайонел узнал одним из первых, в ходе расследования по поводу убийства четы Легран.

Те даже рапорт написали о том, как счастливо новоявленная леди Гильберт копается в мертвых землях и как заботливо ее супруг свозит в свое графство ее вещи. Идиллия, не иначе.

Однако этот граф Гильберт все еще не давал покоя. Его прошлые заслуги и ныне тихий аскетичный образ жизни никак не укладывались в общую мозаику.