Победителей не будет

– Проклятье! Так приведи другого магистра! – воскликнул он в ярости. – Почему мне дают неумеху-послушницу?

– Потому что больше никого нет. Магистры были на фланге. Их доставят, как только станет возможным, если кто-то из них вообще выжил. Что вы сможете сделать, сестра? – обратился к ней генерал с вежливостью, на которую она и не смела рассчитывать.

– Остановлю действие яда. Приготовлю противоядие, если найдутся компоненты.

– Найдутся, – мрачно пообещал генерал и пнул кованным сапогом неприметный сундук. Тот раскрылся, звякнули склянки.

– Этого будет достаточно?

– Да, – коротко отозвалась Эл. Она быстро обработала раны на лодыжке мага. Ноги у него были такие же смуглые и ладные, как и он сам.

– Так, значит, умер ваш магистр? – с насмешкой фыркнул маг. – Его мудрую голову сожрал виверн.

Эл с возмущением взглянула на него. Хорошо, что её лицо было закрыто повязкой, но взгляд маг всё же заметил.

– А ты ещё кто такая, – насмешливо поинтересовался он, – чтобы так смотреть на меня?

Эл тут же опустила взгляд. Он был прав. Кто она такая, всего лишь послушница. Да пожелай он – их маг, Ифрит Нидалены, – и она будет лежать у его ног словно послушная северная рабыня.

Эл поспешно отошла к сундуку, вынула оттуда керамическую чашку. В сундуке магистра, конечно же, было всё необходимое, и она быстро стала смешивать ингредиенты для противоядия.

Генерал, что было ожидаемо, не одернул мага. Он с подозрением следил за её действиями, и Эл не могла его винить.

Если какая-то неумеха-послушница случайно отравит их мага, надежду и опору войск, южанам ни за что не выиграть войны. Ведь у нордов был Святозар Воскреситель – маг, что умел поднимать из мертвых. Сколько бы они не убили в бою, если поле боя оставалось за нордами, уже на следующий день все мертвые снова вставали в ряды армии как ни в чем не бывало. Их единственной надеждой был огненный маг, что мог спалить тела без шанса на воскрешение.

– Вы готовите по памяти? – подозрительно прищурился лорд Андер.

– Я готовила это противоядие сотню раз, милорд, – смиренно отозвалась Эл. Сотни три, если уж совсем на чистоту.

– Сколько вы с войском?

– Три года и четыре месяца, милорд.

– С самого начала войны? – удивился генерал.