Цифра

– Семен Андреевич, вы чего? Что я вам такого сделал? – Абсолютно искренне не понимал отщепенец. Еще несколько часов назад они пили вместе чай и мило беседовали, а сейчас старик тычет в него ружьем.

– Давай шагай на выход! – Рявкнул дед. – Слышишь, за тобой пришли мои голодные друзья. Да и я уже недели две мяса не ел.

Анлаф послушно двинулся на выход из номера. Когда к нему пришло осознание, что имел в виду старик, по спине пробежали мурашки, а на лбу выступил холодный пот. Сейчас его застрелят, разделают, как поросенка, пустят на гуляш и корм псам.

Вот, значит, чем таким «вкусненьким» старик подкармливал собак. Многое Анлаф видел за годы скитаний по стране, но с каннибализмом сталкивался впервые. Поедание человека человеком было для него настолько нереальным, что, казалось, это всё страшный сон. Но вот он, Семен Андреевич, ведет сонного отщепенца во двор. Нужно было немедленно что-то предпринять, иначе пойдешь в рагу. У лестницы со второго этажа Анлаф резко развернулся и, вцепившись в ствол, вздернул дуло вверх. Прогремел выстрел, металл в его руках раскалился, но выпускать ружье из рук было нельзя. Собаки на улице замолчали. Круто развернувшись на 180 градусов, Анлаф увлек старика за собой. Тот потерял равновесие, кубарем скатился с лестницы и замер в неестественной позе у ее подножия. Анлаф всё еще держал ружье в руке. Он спустился и пошевелил тело старика прикладом. Старик не отреагировал. Похоже, во время падения он сломал шею. Первым делом путник запер входную дверь. Затем Анлаф вернулся в свой номер, собрал вещи, не забыл и про нож под подушкой, и выглянул в окно. Собаки всё еще кружили рядом с домом. Темнело. Путник решил дождаться утра. Или хотя бы момента, когда собаки разойдутся. Не теряя времени, он отправился с фонариком осматривать отель. Нашлись довольно большие запасы продуктов. У всех, конечно же, вышли сроки годности, но вакуумная упаковка и тонны консервантов творят чудеса. Анлаф набрал столько еды, сколько влезло в рюкзак. Меньше вылазок – меньше шансов встретить вот таких товарищей. Также в доме он прихватил кое-какой инструмент, бритву, несколько кусков мыла. Еще он нашел для себя почти неношеные ботинки, свитер, джинсы и несколько футболок. Все это лежало, разложенное по чемоданам, в одном из номеров. Если старик привечал так всех своих гостей, то, скорее всего, это были их вещи. Стемнело. Анлаф выглянул в окно. «Интересно, – подумал он, – куда старик девал машины?» Двор слабо освещался установленным на улице факелом.