Обратная сторона Истока

Хотели укрепить королевскую власть, а парламент, наоборот, ограничить в правах. Не знаю подробностей, меня тогда в них посвящать не спешили. Но ничего у них не вышло. Зря только пострадали.

– Зря, – машинально согласилась Нина. – Они были друзьями?

– Лучшими друзьями, насколько я знаю. И иногда любовниками. Но друзьями всё-таки больше.

– Так себе дружба, – влез Ракун. – Старик на неё смотрел, как на богиню, дышать забывал. И во все эти политические дрязги только ради неё ввязался. А она его просто использовала и ради спасения палец о палец не ударила.

– Она… – Силь замешкался. Стремление защитить от нападок мать и начальницу столкнулось с нежеланием врать и забуксовало. – Не её вина, что она любила другого человека. Но Лисар был ей дорог. Очень дорог. И то, что она пожертвовала им ради долга… Ей тяжело это далось. Ты просто не знаешь… Не видел её тогда.

– Я и тебя сейчас не вижу.

– И хорошо.

– Не думаю. Я хотел бы посмотреть тебе в глаза, но придётся только слушать. Так что давай выкладывай.

Нина затаила дыхание. Всё, добрались наконец-то до важного.

Силь молчал. Бледные губы сжаты, пальцы судорожно вцепились в колени и, кажется, вот-вот прорвут плотную брючную ткань.

– Говори! – поторопил магос.

Вдох.

Выдох.

Так собираются с духом, чтобы прыгнуть с обрыва в бушующий океан. Особенно если точно знают, что под тонким слоем воды скрываются острые камни.

– Ну?

– Нет. – Силь всё-таки решился.

– Что именно «нет»?

– Нет, я не пойду на уступки.

– Я не хотел этого слышать, – сознался Ракун. И вдруг взвился на ноги, закружил по комнате, наращивая темп, пиная некстати подвернувшиеся стулья. – Как? Как вообще можно так поступать? Он жизнь был готов за тебя отдать, между прочим! И отдал бы, не колеблясь! А ты что творишь?

– Свою жизнь за него и я бы отдал. – Силь тоже поднялся, но медленно и слегка придерживаясь за стенку. – Отдал бы, поверь. Но им не нужна моя жизнь. Им нужен полный контроль над разведкой, все документы, сводки, государственные тайны, данные по сотрудникам, в том числе и по внештатным… Это не одна жизнь, Ракун! Это сотни жизней! И твоя в том числе.

– Мне плевать.

– А мне нет! Я не могу подставлять своих людей.

– Вместо этого ты подставляешь Алекса.

– А что мне остаётся? Застрелиться? Так ведь его это не спасёт, зато Совет обрадует! Или тебя тоже обрадует? Останешься чистеньким идеалистом на фоне бессердечного меня.