Калмкорп. Очаг №9

А находясь рядом с ними, я смогу портить им каждый день их жизни, пока не уеду учиться.

Ну, подумаешь, новый дом, я научусь сбегать по ночам и оттуда. А прогуливать новую школу просто обязательно, по-моему. Сами виноваты. Прикинусь бедняжкой, скажу, что новые одноклассники меня обижают. Что не могу завести друзей из-за токсичного воспитания. А старые обещали приезжать. Нечасто, конечно, но если чьи-то родители оставят машину без присмотра, они заберут меня, и мы поедем гулять по центру, будто ничего не изменилось. Может быть, я сама приеду к ним, это всего-то пара часов, сяду в автобус или маршрутку, что там ходит с окраины, и поеду.

Набив одну сумку вещами, я взяла вторую, побольше. Этот дом так далеко от города, там все будет новым, поэтому я хотела взять максимум из старого мира, чтобы чувствовать себя уютно. Что-то для украшения комнаты, что-то для себя, вроде этой мятой футболки от друзей. Надену ее в первый день в новой школе, и буду чувствовать себя спокойнее.

Я снимала со стен гирлянды, фотографии, картину с попугаем, нарисованную на каникулах, ловец снов, который мы плели вместе с мамой, когда у нас еще были хорошие отношения, даже большую картонную букву «З», украшенную бумажными цветами, которую мне подарили одноклассники на день рождения.

Как же бесит, что мне ничего не рассказывают кроме того, что мы должны бросить все и ехать в этот «чудесный, полный перспектив» дом, далеко за городом, куда берут только таких «избранных» ученых, как мои родители.

Без моей художественной школы я не смогу поступить в тот вуз, в который хочу, и не буду учиться с друзьями. Они будут там вместе: учиться, веселиться, творить, но без меня.

Есть ли какие-то курсы рисования в доме, где, по словам моих родителей, есть все?

Школа, магазин, кафе – такой микрорайон мечты для биологов, где они смогут ковыряться в своих пробирках с утра до ночи, а я смогу, например, сдохнуть от тоски или сойти с ума от скуки.

Сборы, казалось, длились бесконечно. За свою жизнь я успела накопить много дорогих мне вещей, но теперь коробки и сумки заполняли все пространство. Я засыпала среди этого всего, стараясь запомнить трещину на стекле, люстру с розовыми цветами, звуки с улицы и запахи, доносящиеся с родной кухни. Папа с мамой что-то ели и шептались.

Я подумала, что у них очень радостные голоса.