Открывая глаза

– Без десяти.

– Кира?! Ты еще здесь? Я думал, что один остался… Ну, собирайся, подвезу тебя.

Она с благодарностью посмотрел на коллегу:

– Спасибо. Ты прав, надо идти.

Витя быстро впрыгнул в пальто и, на ходу застегиваюсь, подошел к Волковой.

– У Славы оранжерея, а я не видел, – он запустил руку в фиолетово-красного растение. – Симпатично, очень даже…Ой, отломилось.

Кира обернулась и увидела в руках у Табаринова отросток высотой около 15 см, с несколькими мелкими листьями с красной каемкой.

– Я только прикоснулся! – он удивленно вертел веточку между большим и указательным пальцами. – Давай Славе не скажем: смотри, какой цветок раскидистый, он даже не заметит. Ели что – виновата уборщица.

– Правда незаметно. Можно мне? – Кира вопросительно посмотрела, протянув руку, и Витя передал ей отросток. – Я себе возьму.

– Заберешь домой кусок куста?

– Да, – перед глазами всплыла картина: как будет хорошо оживить спальню растением в красивом горшке.

– Не хочется тебя расстраивать, но у ветки нет корней.

– Тогда в воду поставлю. Мне нравятся эти листья, посмотри, какой необычный цвет.

– Кажется, кое-кто совсем заработался! Поехали.

Витин Ауди под клубный хаус за 15 минут домчал Киру до дома. По дороге коллега успел дважды поговорить по телефону, рассказать Кире, где купить хорошие часы и угостить ее фундуком, припасенном в бардачке. Кира почувствовала себя совсем вялой на фоне Табаринова, который, казалось, везде чувствовал себя в своей тарелке.

Дома спать неожиданно расхотелось. После душа в теле поселилась бодрость, совсем ненужная в одиннадцать с небольшим часов. Кира попыталась залипнуть в телевизор, но, так и не выбрав канал, выключила ящик. Социальные сети пестрили смешными картиночками и идеальными фотографиями неидеальных знакомых. Судя по ленте, жизнь вокруг была красивой, вкусной и стремительной. Кира вздохнула и обвила колени руками. Одиночество, все чаще ощущаемое ею в последнее время, становилось невыносимым.

Пара часов в сумке не навредили кусочку растения, только теперь подкладка источала слабый сладковатый запах. Горшок с землей с сентября стоял за занавеской, ожидая подселенца: она нарочно не стала выкидывать почву после засохшей фиалки. Тогда она рассчитывала посадить новую через несколько дней.

Кира вырыла небольшое углубление и аккуратно опустила веточку.