Спасти нельзя развестись

В тот момент он еще не знал о произошедшем на благотворительном вечере и никак не ожидал увидеть такую гостью.

Но кто бы мог подумать, что именно Галина Яковлевна выведет его из состояния непрекращающегося пьянства.

Появление женщины в квартире обязало его прийти в норму хотя бы для того, чтобы позволить Галине Яковлевне впасть в состояние непрекращающегося пьянства.

– Почему они так поступают? С Вами, с Олей… Мой отец никогда не изменял маме, и меня воспитывали так, чтобы я был честен с собой, был верен своему выбору.

– Звучит как тост, – Галина Яковлевна сделала большой глоток водки и закусила сыром, заботливо приготовленным хозяином квартиры. – Твои родители могут тобой гордиться, Кирилл. Я бы очень хотела, чтобы мой сын размышлял так же. Я воспитывала его таким!

– Борис… Он хороший человек. Отличный бизнесмен, лидер. Но как мужчина… – от переполняющей его злобы Кирилл смял тонкий журнал с напечатанной на первой полосе нашей с Борей фотографией. – Он не достоин Оли.

– Шила в мешке не утаишь. Они были счастливы когда-то, очень счастливы. Но их брак поглотили рутина и работа. Карьера, карьера, карьера и еще раз карьера! Даже их поездки носили рабочий характер, не говоря о том, что выбирались они только на деловые встречи и благотворительные вечера. Стали партнерами по бизнесу, но перестали быть партнерами по жизни. Я видела, как у Оли горели глаза, когда в ее жизни был ты! Она как будто очнулась от многолетней спячки и снова вспомнила что значит жить.

– Не нужно, не сыпьте соль на рану, – мужчина горестно покачал головой, отложил в сторону злосчастный измятый журнал и отошел к окну. – Оля будет с мужем. Так будет правильнее всего. Они семья и должны сделать все, чтобы сохранить брак.

– То-то у тебя у самого развод за плечами.

В тот момент ход разговора резко переломился.

Кирилл повернулся и вопросительно изогнул бровь, но женщина даже не обратила на него внимания.

В ее голове родился план. Одурманенные алкоголем мысли выстроились в связную цепочку, цепочка скрутилась в клубок, и зажглась та самая лампочка, оповещающая о генерировании гениальной идеи.

Галина Яковлевна вдруг снова стала собой: уверенной женщиной, у которой в голове был план.

В ее глазах загорелся огонь, подогреваемый каким-то известным только ей источником. На лице появилась коварная улыбка, плечи расправились.