Спасти нельзя развестись

Меценаты выступали со сцены, пели приглашенные звезды, поручители фонда и представители общественных организаций вещали на все лады о значимости сегодняшних пожертвований.

Время шло.

Галина Яковлевна все еще не действовала, и я боялась, что в реальность воплотится самый страшный из возможных сценариев.

– Сейчас папа будет выступать, – шепнул Борис, поддерживая общую волну аплодисментов.

В тот момент от того, чтобы глотнуть коньяка из бокала мужа, меня сдержало только осознание собственной беременности.

Потому что вместе со свекром на сцену поднялась и моя свекровь.

– Добрый вечер, уважаемые гости, мои друзья, коллеги, все неравнодушные и причастные к этому большому доброму делу. Наш ежегодный благотворительный вечер направлен на сбор средств для нуждающихся в них людей. Все вы знаете, насколько важно заниматься благотворительностью. Об этом сегодня было сказано много слов. Я лишь скажу следующее: чем больше мы отдаем, тем больше нам возвращается.

Зал взорвался аплодисментами, люди буквально вставали со своих мест, чтобы показать степень восхищения позицией моего свекра.

– Спасибо, спасибо, друзья. Я очень рад, что сегодня здесь собралось столько неравнодушных людей. Семь лет назад мы с Константином Гавриловичем были первыми, кто жертвовал деньги для этого фонда, а сегодня нас десятки и сотни. Это поистине большая удача. Я рад, действительно рад. Особенно приятно, что на протяжении всего этого срока, несмотря ни на что, со мной рядом любимая жена. Галя, я очень люблю тебя, люблю нашу семью со всеми недомолвками и конфликтами, – свекровь улыбается и складывает руки на груди в жесте признания.

Аплодисменты снова наполнили пространство. Но в этот раз я уже не аплодировала, потому что понимала, что речь не окончена, финальной точки еще не было…

– Можно я тоже скажу пару слов? – Галина Яковлевна забирает у мужа микрофон и выходит в центр сцены, буквально ослепляя пространство своей красотой.

Я смотрю на свекровь с восхищением.

Без преувеличения она шикарная и сильная женщина, которой подвластно абсолютно все.

Я уже понимаю, что она скажет с этой сцены, какие огромные проблемы создаст холдингу, бизнесу, всей нашей семье. Но я не осуждаю ее за это и понимаю, что не стану любить меньше ни на сотую долю процента.