Москва – Владивосток

Уж лучше пусть Настя подбирает мне кандидатов. С лучшими буду ходить на свидания. Хотя при встрече даже самые отменные мужчины оказываются теми еще засранцами.

Поэтому только холодный расчет, только выгодное совместное проживание, только хорошая генетика для ребенка. Никто и ничто не заставит меня изменить этим принципам.

Уже дома, поедая покупной салат и запивая его белым вином, я получила сообщение на почту от своего непосредственного начальника из Владивостока. Да, да, мы, наверное, единственная московская фирма, начальство которой находится во Владивостоке.

А что поделать, таков рыбный бизнес.

– Анита Станиславовна, завтра в десять утра видеоконференция в скайпе. Вопрос очень важный, будьте добры, освободите время, – прочитав это, по спине пробежал неприятный холодок. Зачем это начальству со мной разговаривать по скайпу? Обычно мы ограничиваемся официальными письмами с отчетами.

Я сдвинула несколько встреч, чтобы высвободить время, написала об этом Насте и со спокойной душой в двенадцать ночи завалилась спать.

Глава 2

Завтрак, состоящий из обезжиренного творога и чашки кофе, без которого я не могла жить, не придал мне сил для сегодняшнего дня. Если честно, я просто волновалась из-за разговора с начальством. Чует моя попа, что говорить мы будем отнюдь не о погоде….

Из-за нервов все утро я ходила рассеянная. Кое-как не забыла документы и ключи от машины, а когда уже спустилась на парковку, поняла, что не выключила в коридоре свет.

В офисе подчиненные перемены в моем настроении заметили и здоровались тихо, лишний раз не попадаясь под ноги. Злую меня не боялась, разве что Настя. Хотя девчонка тоже иногда пугливо заглядывала в кабинет, оставляла бумажки и убегала.

Если меня так шугается целый офис, как вообще может полюбить один среднестатистический мужчина?

– Анита Станиславовна, Вы волнуетесь, – Настя, прибывшая как всегда с десятиминутным опозданием, юркнула в мой кабинет и присела напротив, протягивая плитку молочного шоколада.

– Так, убери это! Я волнуюсь, да. Но если съем шоколадку, мое волнение не пропадет, прибавится только волнение относительно веса и жира на попе.

– Если Вы будете умирать от голодного обморока, я скажу врачам, что уговаривала Вас поесть!

– Надеюсь, тебе дадут за это медаль, – пробубнила я себе под нос и уперлась в бумаги.

До десяти работа никак не ладилась.