Под знаком кометы

– Ну хорошо, – после некоторых раздумий сказал британский король, – наверное, нам надо согласиться и на прием большинством голосов в Брестский альянс двух новых членов, и на дополнительные соглашения к основному пакету: «Об обеспечении безопасности колоний», «о сохранении внутренней безопасности», а также «о Международном суде Брестского альянса».

– Да, дядюшка, вы совершенно правы, – кивнула императрица Ольга. – А если французам это не понравится, то они могут катиться из Брестского альянса на все четыре стороны, и в дальнейшем пытаться жить своим умом.

Дядя Вилли им при этом в помощь.

Услышав эти слова, кайзер Вильгельм заржал как кирасирский конь.

– Да нет уж, – просмеявшись, сказал он, – парижские пигмеи горазды только толпой нападать из-за угла, но если поставить их у расстрельной стенки, то они будут готовы добровольно съесть не одно ведро свежей горчицы. Вот увидите – стоит вам нахмурить брови и пригрозить Парижу этими самыми санкциями, как болтуны из Национального собрания сразу выдадут вам всех виновных, повязав их по рукам и ногам розовыми ленточками.

Франция – самая независимая страна в Европе, потому что с недавних пор от нее ничего не зависит.

Принцесса Виктория склонилась к уху отца и прошептала несколько слов.

– Ах да, – будто очнувшись, сказал король Эдуард, – моя дочь говорит, что у кузины Хельги ко всем нам есть очень важное сообщение, никак не связанное со всеми предыдущими делами.

Надеюсь, что это все-таки хорошие новости, после которых мы с большим удовольствием пойдем обедать, ибо время к тому уже наступило, а разговоры о политике развивают у меня просто зверский аппетит…

– Да нет, дядя Берти, ты ошибаешься, – сказала императрица Ольга, – известие, которое я хочу вам сообщить – такого толка, что и не знаешь, за что хватиться.

– Так… – сказал британский король, – уже интересно, я просто-таки изнываю от нетерпения…

– Дело в том, что к нам в гости летит комета… – сказала Ольга нарочито равнодушно.

– Комета? – с несколько дурацким видом переспросил кайзер Вильгельм.

– Да, – сказал канцлер Одинцов, – симпатичная такая комета – ком водяного льда и смерзшихся газов, диаметром в несколько километров, в каменно-пылевой упаковке. Когда все это долетит, а это будет тридцатого июня будущего года – случится взрыв мощностью в пятьдесят миллионов тонн тротила.