Дверь в новую жизнь

– Вы… Вы кто такой?! – взорвалась я волной негодования, попутно обтирая губы, как будто на них все еще остался привкус его колючей щетинистой щеки.

– Не так я себе представлял «представимся друг другу», ну да ладно. Меня Ренат зовут, можно на «ты».

До сих пор не понимая, что здесь делает Ренат, я таращилась на него во все глаза. Божечки, это, что, ограбление? Или…. Похищение?

– Эй, девушка, Вы чего застыли? Я представился, теперь Ваша очередь.

– Елочки на зеркале нет, – прошептала я одними губами, глядя на место, где в машине Стаса висел ароматизатор, а сейчас красовались какие-то плюшевые вишенки, – и пахнет как-то по-чужому….

Мое лицо сейчас, наверное, напоминало живую заготовку картины Репина «Приплыли». Так стыдно и страшно мне не было никогда в жизни. Но, наверное, страшнее сейчас только Ренату, который, пожалуй, уже счел меня ненормальной.

– Простите, я…. Я, кажется, машину перепутала! Господи, извините. Так неловко! – снова тараторя, я принялась застегивать сумку, которую уже удобно разложила на панели, и попыталась вылезти, но у меня никак не получалось.

– Ремень, – подсказал мужчина, нажимая на красную кнопочку. Вот же, черт!

– Спасибо, извините, простите.

Чуть не свалившись прямо на асфальт, я выкарабкалась из злополучного мерседеса и быстрее пули помчалась на улицу, чтобы скрыться от Рената и собственного стыда. Это же нужно было так опозориться!

Пока бежала по лестнице, проклинала себя за забывчивость и Стаса за то, что не берет трубку.

Может у прохожих хотя бы мелочи на метро занять? Господи, дожили! Главный директор фирмы просит подать на проезд!

Стоя под настоящим весенним ливнем и прикрываясь одной только малюсенькой сумочкой от Прада, я была готова рыдать и отдать все, лишь бы добраться до дома более или менее сухой.

– Девушка, – донеслось до меня из проезжающего мимо старого мерседеса, – Вас подвезти?

Пару секунд я переминалась с ноги на ногу, раздумывая, смогу ли вынести такой позор: сесть в машину к человеку, к которому вероломно вломилась пару минут назад. Остатки логики и здравого смысла подсказали мне, что позор лучше двусторонней пневмонии на фоне простуды.

– Если можно, – согласилась я, забираясь в машину теперь на законных основаниях.