Дело №1

– Ну что, Сухарев Леонид Александрович, не надумали вину признавать?

– Да нечего мне признавать, объясняю же! Фоторобот на меня не похож, на камерах тоже не я. Но алиби на время преступления нет, это признаю.

– Отсутствие алиби – это плохо. Алиби всегда должно быть. Так что надо с кем-нибудь вдвоем держаться. Да ведь, Стась?

Я подняла взгляд на Журавлева, а тот игриво подмигнул мне. Давно пытается ухаживать, а я все не поддаюсь. Женат он, пусть и разводиться хочет.

– К Вам вернемся, молодой человек.

– Послушайте, я порядочный человек. Работаю директором отдела закупок в крупной компании. У меня хорошие доходы. Зачем мне воровать? Пять миллионов много, конечно, но рублей ведь, не долларов, – Лёня усмехнулся, вставая со своего места. – Проверьте операции по моим счетам, в конце концов, кроме зарплаты вы там ничего не найдете.

– Ага, рассказывай нам, – Егоров, уминая пирожок с капустой, подключился к делу. – Сейчас такие финансовые махинации проводят, что закачаешься.

– Егоров, ты лучше пирожок с капустой жуй, а болтай поменьше, – лейтенант строго глянул на него.

– Ну допустим я бы действительно это сделал, предположим. Скажите, я похож на дурака, который станет показывать свое лицо камере и свидетелям, а потом даже на дно не заляжет, а продолжит ходить в этом городе как ни в чем не бывало?

Лёня встал лицом к нам и развел руки в стороны, будто бы пытаясь доказать, что он и впрямь нормальный.

А я смотрела на него, пытаясь понять, что изменилось за эти годы.

Лёня стал еще шире, подкачался, кожа будто бы загорела. Может быть, с отдыха вернулся. Вот только будто бы он стал пониже. Раньше я смотрела на него снизу вверх, а теперь почти прямо в глаза.

Ах, я же на каблуках! Вот растяпа.

– Слушайте, аргумент, конечно, так себе. Мы сейчас запросим бумаги, выписки по вашим счетам.

Выглянув в окно, где шел мелкий косой дождь, я недолго думая согласилась. Хоть и не любила ездить с Журавлевым, а все было комфортнее, чем пешком передвигаться.

Женя ездил на серенькой малолитражке, купленной задолго до начала работы в полиции. То бишь очень давно. Но машина ездила, а это было самое главное.

– Ох, ну и денёк, Стась.