Вынужденный брак

– Сходим вечером куда-нибудь? Посидим по-семейному.

По-семейному? После того приема, что ей оказало семейство Серовых, это звучало издевательски. Однако такое отношение было не ново. С чего бы такие предложения? Почему сейчас?

– Зачем тебе это, Олег? – спросила она, пристраивая в развилку ветвей недощипанный батон.

В урну нельзя, хлеб с собой уносить тоже не хотелось, а так птички склюют. Стряхнула остатки крошек с ладоней и, так как он ответил не сразу, спросила снова:

– Зачем это тебе?

– Ну, сестричка, – протянул он.

Смешок в трубке звучал оскорбительно. Зато это, во всяком случае, отражало истинное положение вещей.

– А, ну-ну.

Лиза сделала знак внимательно следившему за ней водителю, что хочет уйти. Тот сразу подошел, но не стал рядом, а чуть сзади. Лиза была благодарна мужчине за проявленную деликатность. И за этот небольшой глоток свободы.

– Да! – преувеличенно бодро проговорил Олег. – Пора явить, так сказать, семейное единство.

Вот теперь она действительно разозлилась.

– Сам придумал? – спросила, сердито пиная ногой валявшийся на дорожке конфетный фантик.

Опять тот же оскорбительный смех в трубке.

– Никуда я с тобой не пойду.

– Почему? – вдруг резко рыкнул он. – С ним же пошла?

И сказано было с такой неприкрытой страстностью, что Лиза даже растерялась. Честно говоря, звучало как минимум странно.

– С ним же ты пошла, – повторил он. – Почему нельзя со мной?

Сказать, что ей это вообще не нужно? Спросить, что у него с головой? А смысл? Это ее уже откровенно утомило.

– Извини, мне некогда. Нужно позвонить отцу.

Лиза уже хотела отбиться, но он перебил торопливо:

– Подожди!

– Что еще?

– Отец в курсе, – сердито выдавил Олег. – Это была его идея. И это он дал мне твой номер телефона.

– Что?! – пораженно застыла Лиза.

– Остынь. Наш папаша сказал, – едко хохотнул Олег, – что тебя пора выводить в свет, а я как брат лучше всего подхожу для этой цели.

Мужчина все еще смеялся. Вот только непонятно, над кем он сейчас издевался – над ней или над собой. А ее просто стало заливать холодом.

Какое-то время она так и шла, ничего не видя перед собой.

Что за странный человек ее отец? Она ведь понемногу начала верить, что небезразлична ему. Что дочь, а не просто случайно подвернувшийся под руку шанс наступить Савельеву на глотку.