Вынужденный брак

Я, пожалуй, расскажу твоей маме, – бросила она сквозь зубы. – Ей это вряд ли понравится.

Он захохотал, откинув голову, как будто она сказала несусветную глупость, а Лизу взбесило это уверенное в своей безнаказанности веселье.

– И я почему-то думаю, – едко заметила она, – что мужчина твоего возраста и достатка должен был бы уже иметь жену или любовницу, а не тискать по углам горничных. Или никто не клюет?

Похоже, удар пришелся в цель, потому что Олега перекосило, он отпустил ее руку и ощерился. А потом проговорил, растягивая слова:

– Это не твое дело, сестричка.

И вдруг снова резко приблизил к ней свое лицо.

– Знаешь, я даже рад, что ты не горничная. Так намного интереснее.

Лизу потихоньку начало бесить, но она спокойно спросила:

– И что же тут интересного?

– Интересно, кого это папаша приволок, чтобы подложить мне в постель.

Лиза даже закашлялась от абсурдности ситуации.

– Что за глупости? Очнись, он наш родной отец!

– А вот тут ты ошибаешься. Он мой отчим.

Ядовитая насмешка звучала в голосе, но взгляд его был пронзителен и серьезен. Олег внимательно изучал ее лицо, считывая эмоции. И Лиза вдруг поняла многое из тайного противостояния супругов Серовых. Вот, значит, как обстоит дело? Это многое объясняло и усложняло одновременно. А он продолжал:

– Так что, сестричка, кровного родства между нами нет.

Он погано захохотал, а Лиза содрогнулась. И словно в подтверждение своих невольных страхов, услышала:

– Ты не представляешь, сестричка, на что способен наш папаша, когда проворачивает свои грязные делишки.

Секунду она осмысливала. А потом просто расхохоталась Олегу в лицо. Ну конечно, все же упирается в наследство. Деньги! Ничего личного.

– Прости, братец, но ты не при делах, – сказала она. – Наш папа собирается подложить меня в постель Марку Савельеву. Уже и брачный контракт подписан.

– Что?! – мгновенно ощетинился тот, хватая ее за руку.

– Руку убери. И отойди с дороги.

Он и не подумал убирать руку, но хватку ослабил. Какое-то время всматривался в ее лицо, а потом прошелся грязным взглядом по телу. Сказал:

– Пожалуй, я тут задержусь, – и облизнулся.

От такой явной демонстрации намерений Лизе стало противно. Мачо хренов. Она устала от него, просто устала. Выдернула руку и пошла дальше.