Пособие для начинающего оборотня

Так вот что я тебе скажу – не с того конца ты начал ума набираться. В криминал лучше не лезть – дороже обойдется. Финал у таких товарищей один и тот же – могила да тюрьма. Только – я вот говорю – Феликсу прямо удивительно везет. Все дела его гладко идут, будто ангел его хранит. То есть – черт! Ха-ха…

– Как выйти-то на него? – морщась от болтовни Артурчика, повторил свой вопрос Антон.

– Телефон у меня где-то был, – вспомнил Артурчик и достал из кармана куртки громадную записную книжку – такую пухлую и засаленную, что она больше всего напоминала поваренную книгу, – ага, вот… – нашел он нужную страницу и показал ее Антону, – записывай…

Записав телефон, Антон снова откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

Он совсем не слушал болтовню своего приятеля – только время от времени открывал глаза, на секунду отрываясь от своих мыслей и с некоторым удивлением смотрел на сидящего рядом с ним человека, не понимая – кто он и что он здесь делает.

* * *

Бар «У Михалыча» в десять часов вечера был закрыт и на двери его висела табличка – «Извините, у нас банкет».

Виновник торжества – длинноволосый и вертлявый дылда Васик – чинно восседал за центральным столом в окружении своих многочисленных приятелей и друзей, знакомство с которыми он свел – по большей части – на пьянках, попойках и других подобных мероприятиях, черными мушиными точками густо отметивших картину его жизни.

Как раз напротив Васика возвышался над столом и взволнованно что-то орал человек по прозвищу Пункер – хороший знакомец Васика еще по старинным сатанинским тусовкам.

Кожаная одежда Пункера была причудливо украшена металлическими заклепками, а на голове торчал тщательно напомаженный зеленый гребень – так называемый, «ирокез».

– Мужики! – вопил порядочно уже пьяный Пункер. – Наше братство терпит чудовищные потери! Из стройных рядом алк… ик… алкоголиков и придурков уходит в омут семейной жизни великий мастер пьяных безобра… ик… безобразий и бесчинств! Так давайте же отметим это событие так… ик… так… ик… чтобы ему стало стыдно за свой необдуманный поступок и так… ик… так… ик… так… ик… – когда неудержимая икота заставила заздравную речь уподобиться тиканью часов, Пункер замолчал и рухнул на стул.

– Спасибо, братан!!! – заревел через стол Васик. – Я знал, что ты меня действительного того… Ты один меня того… уважаешь.

– И это еще не все! – снова поднялся Пункер.