Изгоняющая тьму

 – Арриведерчи! Помощь не требуется!

– А зря, – высказалась Даша, – я, Василий, на твоем месте попробовала бы отказаться от спиртного. Хотя вряд ли это у тебя получится… Но попытка – не пытка, как говорится. Верно, Оля?

– Полностью с тобой согласна, – кивнула я.

Китаец, видимо, решив, что кивком я дала согласие на лечение Васика, принялся делать какие-то пассы, замысловато вращая кистями коричневых рук в районе Васикова живота. Васик, тряхнув нечесаной гривой, резво отскочил в сторону.

– Держите его за руки! – испуганно заорал он.

Китаец продолжал свои пассы, не обращая никакого внимания на крики Васика.

Васик затравленно оглянулся по сторонам, будто готовясь в любую секунду удариться в бегство, но китаец, видимо, уже закончил. Он гортанно вскрикнул, в последний раз взмахнул руками и наконец почтительно поклонился.

Васик облегченно выдохнул.

Старик-китаец снова обернулся ко мне и показал на пальцах – «десять». Потом подумал и добавил на словах:

– До-ляр.

– Отсчитай ему, – сказала я Васику, – десять баксов.

– Что?! – возмущенно воскликнул Васик. – Да, может быть, он меня на всю жизнь искалечил! А я ему за это еще и платить должен. Хрена лысого!

– Если он тебя и на самом деле от пьянства вылечил, – высказалась Даша, – то я на такое дело и сотни баксов не пожалею.

Она вытащила из сумочки десятидолларовую купюру и подала ее старику.

Васик почесал в затылке.

– Дурдом, – сказал он, – хорошо, что у нас в России подобного рода целители не набрасываются на тебя на улицах. Скорее всего, этот старый китайский сукин сын – шарлатан, – подумав, добавил он, – настоящие знахари в кабинетах сидят, и за сеанс берут не десять баксов, а много больше – обычно такие товарищи бабки лопатой гребут.

«Действительно, странно, – подумала я, – десять долларов за такую услугу… Да еще и – на добровольных началах, как говорится».

– Ого! – прервало мои мысли восклицание Даши. – А вот к нам еще какой-то китаец бежит. Тоже руками размахивает. Интересно, от чего он лечит? Прямо не аэропорт, а поликлиника какая-то.

Я оглянулась. К нам, бесцеремонно расталкивая на ходу прохожих, спешил немолодой китаец.