La convalescence, или Исцеление

La convalescence, или Исцеление

Екатерина Самусенко

Он, она… и трудности перевода с французского языка. История любви-противостояния под крышей старинного университета, рассказанная в трех десятках писем.

Екатерина Самусенко

La convalescence, или Исцеление

(начало исходного файла)

Опять?

Я уже слышу, как ты раздраженно произносишь это вслух, резкими движениями пролистывая вордовский файл. И – что скрывать – при мысли об этом я не могу не улыбнуться.

Да, опять. Слишком коротким было мое объяснение в университетском дворе, когда я, стараясь быть рациональной, выдавила только самое важное и услышала в ответ всего одну-две смущенные фразы.

Не исключаю, что за свои насыщенные двадцать восемь лет ты получил не одно такое признание, но я, наверное, все же побью рекорд по его длине. Есть риск, что она тебя утомит… однако не каждый же день тебе доводится читать пятьдесят страниц о том, какой ты умница и красавец.

Пусть иногда это и невольно проскальзывает в моих едких замечаниях.

Этот дневник – плод эксперимента. Я начала его в день, когда у меня произошел очередной срыв, и вела ежедневно в течение месяца – и когда меня подрубал сон после шести страниц, написанных одним махом, и когда мне казалось, что сказать тебе особенно нечего. Все осталось в почти неизменном виде, как если бы ты, несчастный, вынужден был выслушивать мои монологи в каждый из этих вечеров.

Ты волен показывать этот текст тем, кому сочтешь нужным.

Надеюсь, что он хотя бы немного поддержит тебя, когда в том будет необходимость.

1. 17 ноября

Если меня вдруг попросят пересказать свой самый страшный сон, то я уточню: по сюжету или последствиям?

Хотя что это я. В любом случае я выужу из своего запаса готовых дурацких историй давнишний сон, в котором мы с мамой заходим в черный-пречерный детский сад, под звуки зловещего хохота несколько раз проваливаемся сквозь лестницу, а затем в расстроенных чувствах идем домой. Не очень-то логично, прямо скажем: в реальности я бы безумно радовалась, если бы что-то помешало родителям отвести меня в садик.

Какие, в самом деле, могут быть последствия у сна? Были случаи, когда я вспоминала какой-нибудь кошмар весь следующий день, и мне было не по себе, да и только. Но вот один вполне безобидный сон заканчивается тем, что мы остаемся наедине у занавешенного окна (как не вспомнить Золя, у которого одно такое свидание завершилось поспешной помолвкой!), и ты вдруг привлекаешь меня к себе и целуешь.