Принцип неопределенности

Бабушки на лавочке замолчали, на минуту прекратив обсуждать длину юбок современной молодежи. А вот к этой встрече подготовиться я не успела и по привычке сжалась, ожидая оскорбительных и злых слов.

– Ульяночка, красавица наша, ты наконец-то на свидание. – Главная сплетница района, Ирина Васильевна, по-доброму улыбалась мне. В ее глазах я без труда прочитала, что моя манера одеваться не смогла ее обмануть, и она прекрасно понимала причину.

– Нет, что вы. На завтрак с подругами, а потом по магазинам.

– Ну ничего, ты такая красавица! Скоро и по свиданиям начнешь бегать, разве ж такая хорошая девочка останется надолго одна.

Я что-то невнятно пробормотала и благодарно улыбнулась этой неожиданной поддержке. На глаза навернулись слезы благодарности. Столько времени мне усердно вдалбливали в голову, что юбки и обтягивающие вещи носят только шлюхи, что макияж – это вульгарно, что если с девушкой происходит что-то нехорошее, то это только ее вина, что я начала искренне в это верить.

Но перестать плакать я никак не могла. Таксист постоянно посматривал на меня в зеркало, не зная, что ожидать от неадекватной пассажирки. Но как подобрать слова, чтобы объяснить ему, что это слезы очищения? Поэтому я всю дорогу пыталась успокоиться и привести себя в порядок. Это было довольно сложно, ведь при себе у меня не было даже салфеток, не то, что зеркала.

Думаю, что из без косметики вид у меня был говорящий. По крайней мере, такси рвануло с места едва только за мной захлопнулась дверь. Но за такт и терпение водитель т очно заслужил пять звезд. Я увидела своих подруг издалека, через стеклянную витрину. Сосредоточенную умницу Ани в массивных очках без диоптрии, которые она носила, чтобы казаться серьезнее, и вечно-улыбающуюся Милану, которая что-то объясняла официантке, активно размахивая руками.

Они всегда были со мной и за меня. Когда то самое злополучное видео было в каждом смартфоне университета, когда мне вслед шипели оскорбительные гнусности, когда меня вынудили бросить учебу в середине семестра, когда я не выходила из дома и отказывалась с ним и разговаривать. Когда весь мир был против, рядом со мной остались лишь Ани, Милана и Ян.