Рядом с тобой. Женщина с Эрта

А дедушка тем временем живо пощелкал еще по нескольким клавишам на одном из раритетных монстров доисторической электроники, которых тут было великое множество. Сделав это, дед удовлетворенно потер руки:

– Ну вот, нас тут не было.

– Что? – не понял Мальгрэн.

– А… – рассеянно ответил Элайджа. – Стер картинку на камерах.

У капитана Данко слегка отвисла челюсть. Это вот на этом вот ржавом железе можно?! Очевидно, выглядел он глупо, потому что, когда осознал, что на него как-то странно смотрят, сделал невинное, придурковатое, но бодрое лицо.

– Садись. Погоди, я заварю чаек, – дедушка завозился на захламленном столе, на котором можно было найти что угодно, вплоть до ископаемых членистоногих.

Это не шутка: маленький скелетик какого-то животного украшал хаотическое нагромождение бумажных книг, венчая композицию. Хотя книги, да еще печатные, сами по себе являлись чем-то ископаемым.

Тем временем чайник, кстати тоже ископаемый, как и все тут, закипел. Элайджа заварил самый настоящий листовой чай, щедро насыпав его прямо в большие, темные от чая и времени, но, похоже, чистые кружки. Аромат распространился по каморке, заставив Мальгрэна прикрыть глаза от удовольствия. А Элайджа сел в потертое крутящееся кресло напротив и, отхлебнув горячий райский напиток из своей кружки, спросил:

– Ну, чего ты там хотел узнать? Спрашивай, парень.

Мальгрэн взглянул на деда из-под бровей. Тот не выглядел напряженным, скорее, наоборот, казалось, дедушка предвкушал некое удовольствие, как от хорошей игры. Тогда парень расслабился, потому что тоже обожал играть. И задал-таки свой первый вопрос:

– Я бы хотел узнать побольше о преобразователях. Побольше того, что преподают в летной школе, или того, что есть в общедоступном информационном поле.

Элайджа снова отхлебнул, кивнул и начал:

– Молодой человек, – взгляд его при этом не утратил теплоты, но сделался пронзительным, – надеюсь, мне не нужно говорить о том, что…

Мальгрэн не стал ждать, пока дедушка закончит:

– Я никогда вас не видел.

– И здесь, – Элайджа показал пальцем на обшарпанный пол кладовки, – никогда не бывал.

Парню оставалось только поднять руки в знак того, что это есть объективная данность.