Змеиная невеста. Разбавленная кровь

Медцентр располагался тут же, примыкал к территории особняка.

Через стеклянную стену палаты Сахе было видно бледную, словно труп, молодую женщину, лежавшую в реанимационной капсуле.

– Срыв. Ее осмотрели наши, – тихо проговорил Такар. – Есть подозрение, что ей попросту взломали ментальные блоки. Когда теперь функции восстановятся, один черт знает, – он пожал плечами. – А она беременная.

– Беременная? Какой срок?

Такар смерил его странным взглядом и выдал:

– Больше, чем прошло со дня свадьбы.

– Далгет не касался ее, – качнул головой Саха.

Повисло молчание.

Вся эта ситуация была неприятной с самого начала, и почему-то у Сахи было предчувствие, что ничего еще не закончено. Какое-то дерьмо обязательно выплывет. Однако он задвинул эту мысль подальше и спросил о том, что его на самом деле живо волновало:

– Скажи, к тебе в ближайшее время никто из нагинь не обращался?

– М? – вскинул брови Янтарный. – Поясни, что ты имел в виду.

Если бы это было просто!

– Убежища.

Однако Такар смеяться не стал. Сказал просто:

– Нет, ко мне никто не обращался.

***

Еще одна надежда быстро отыскать девчонку пропала. Саха стоял на улице, подставляя лицо ветру, и морщился. Эта Наиля как сквозь землю провалилась. С другой стороны, если ее нет ни у Синих, ни у Янтарных, круг поисков сужается.

И черт с ними. Сейчас он хоть к черту на рога готов был сунуться.

Но прежде надо было вернуться назад.

Еще несколько минут. Потом он шумно выдохнул и шагнул в портал.

Примечание:

* У Леры и Наили есть такая присказка, внутренний сленг. Воображаемый массажист Энрике, который был невероятно горяч и, в зависимости от ситуации, появлялся в самом различном антураже.

Глава 12

Когда Саха вышел из ворот и направился к машине, водитель чуть на месте не подпрыгнул и потрясенно выпалил, показывая на ангар:

– Ты? Я ж не выдержал, смотрю, тебя нету, думал, вдруг убили, или что. Захожу – а там нет никого! А тут – ты! Ну, чудеса!

Он слушал его сбивчивую речь, снисходительно улыбаясь, потом сказал:

– Как видишь, ничего со мной не случилось. Но спасибо, что переживал за меня.