Змеиная невеста. Дочь врага

– Вы готовы встать или еще останетесь в постели? – спросила старшая.

Рази с удовольствием бы вообще не вставала. Постель сейчас ощущалась крошечным островком безопасности. К сожалению, мнимой. В этом дворце она маленькая беззащитная песчинка. И единственное, что у нее осталось, это гордость.

– Да, я встану, – проговорила Рази.

– В таком случае, мы поможем вам принять ванну и одеться.

Ей хотелось послать всех троих подальше. Ванну как-нибудь она бы приняла и сама и одеться сумела. Но ведь они не уйдут, им «господин» приказал.

Пришлось позволить им подойти и «помочь» ей вылезти из постели. При этом все трое жадно заглядывали, пытаясь высмотреть следы на простынях. Ее всю холодом залило, девушка закрыла глаза. Знали, что Захри у нее ночевал, теперь понесут сплетни.

Однако она выпрямилась и позволила им отвести себя в ванную. Отскребали ее, наверное, излишне старательно, но Рази и рта не раскрыла. К тому моменту, когда она вышла из ванной, кровать уже была застелена и на ней был разложен ее сегодняшний наряд.

Золотое платье. Все в шитье, сложное, блестящее. Словно в насмешку. И к нему украшения, обувь, еще какие-то аксессуары. Рази не хотела ничего этого видеть. Вспомнилось его презрение.

«Мне не нужны твои прелесссти».

Она шумно выдохнула и хотела отвернуться. Но тут старшая из прислужниц сказала:

– Господин велел передать, чтобы вы оделись и ждали его. Завтрак подадут чуть позже.

– Хорошо, – сказала Рази. – Если господин приказал, давайте начнем.

И безучастно терпела, как ее вертели во все стороны, одевали и причесывали. А девицы начали переговариваться. Сначала тихо, потом, видя, что она молчит и не реагирует, стали говорить громче и даже смеяться. Рази догадывалась, что говорится это специально для нее.

– Вчера, – смешок, – вчетвером были.

– Говорят, господин очень хорош?

– Мммм…!

– А что слышно про Хакишу? Говорят, ее правда накажут?

– Да, она господину не понравилась, он ее выгнал.

– А еще говорят… – совсем уже еле слышный шепот. – Ашхи!

Рази не выдержала. Повела головой, высвобождая прядь, которую прислужница потянула сильнее, чем нужно, и проговорила:

– Достаточно, можете уходить. Я подожду завтрак.

Все трое замерли. Старшая сказала:

– Как угодно, – и они удалились.

А она так и осталась сидеть перед зеркалом. Смотрела на свое отражение и старалась не кривиться.