Одна ошибка

Наверное, потому их и не осталось невесте на подарок?

Изабелле вдруг стало смешно от этой мысли.

Она вскинула подбородок и перевела наконец взгляд на мужчину, сидевшего в богато инкрустированном кресле в конце зала. Это был он, Норберт король Аргантарский, ее жених. Тот самый мужчина, который… вчера тискал ее в коридоре. Вернее, ее секретаря.

Вокруг королевского кресла толпились кавалеры и отдельной группкой несколько особо приближенных дам. Двух дам она узнала, столкнулись вчера при весьма странных обстоятельствах.

А та блистательная красавица с глубоким декольте, норовившая подвинуться поближе к королю, надо полагать, и есть его последняя любовница леди Амелинда?

Совсем как петух в своем курятнике.

Интересно, как это дамы из-за него еще не передрались.

На почетном, но менее богатом кресле рядом с королем расположился еще один щеголь. Надо полагать, кто-то из сопредельных правителей. Черноволосый красавец довольно глупого и самовлюбленного вида. Он разглядывал ее во все глаза, как маленький мальчик новенькую игрушечную сабельку.

И, кажется, еле сдерживался, чтобы не побежать навстречу.

А вот его величество Норберт Аргантарский был мрачен. Смотрел так, словно хотел испепелить ее взглядом.

«Хотелось бы все-таки узнать», – подумала Изабелла, – «что толкнуло папеньку сделать такой странный выбор…»

Однако дальше размышлять на эти темы не было времени.

Она дошла.

***

Норберт не ожидал.

Ему вдруг показалось, что вся его сущность заскреблась где-то внутри, стремясь вырваться наружу, и потянулась к ней.

Он сразу же постарался задавить в себе это чувство и сосредоточился на реальном.

А в реальности девица, которую он сейчас видел перед собой, разительно отличалась от образа, что он рисовал в своем сознании. И это было неприятное открытие.

Потому что она была слишком красива! Одета не так, как принято было при его дворе. И тем не менее в своем золотом платье она была просто ослепительна. А эти синие сапфиры глаз?!

И вела себя эта Изабелла из Савостии слишком уверенно для маленькой провинциалки.

Ни тени смущения или страха. Как будто не робкая девственница, каковой и должна быть его супруга, а… Не удивительно, что развратная сволочь Карл мгновенно сделал на нее стойку!

Глядя на засуетившегося герцога Линдосского, Норберт испытал нечто похожее на черную ярость. Однако ярость не помешала ему игнорировать старину Карла и снова сосредоточиться на девице.