Невеста Стража Хаоса

– Где мы?

– В моем доме, – холодно проговорил он.

Это могло объяснить, почему нет портала: очевидно, портальной аркой служит свод зала. Ну ничего себе арка!

– Почему цепь? – спросила Эва. – Это мне такой почет или  общепринятая практика?

Он смерил ее взглядом, как будто что-то взвешивал, и сказал:

– Считай, что только тебе.

Как будто выбил из нее воздух. А в душе стал подниматься протест.

– Спасибо, – выдавила она, думая про себя, что как бы долго ни тянулся этот год, он все равно закончится.

– Еще вопросы или это все?

Опять издевка?

– Где остальные девушки? Что их ожидает? – спросила Эва.

Мужчина вскинул бровь и криво усмехнулся, отпершись о стол:

– Как, Эва, ты не знаешь, что ожидает всех жен?

Под его взглядом сразу стало неуютно.

Черт. Лучше бы она его не провоцировала. Энгвард Ордгарн оторвался от стола и медленно направился к ней, ноздри дрогнули, как у хищника, почуявшего кровь.

Но в этот момент раздался странный звук. Далекий вой или скрип. Он сразу же развернулся, на ходу бросив ей:

– Еда в шкафу.

Дверь за ним закрылась, а Эва с трудом смогла выдохнуть душивший ее ком злости. Приготовиться к чему?! Он специально так сказал, чтобы вывести ее на эмоции. Отстроченное наказание хуже вдвойне. Сама практиковала, когда чересчур доставали подчиненные.

Подумала об этом, и поневоле вспомнилось все. Служба, военный лагерь, новобранцы, которых она оставила на плацу, просто скинула на Лойку. Как там они сейчас? Здоровенные лбы, а такие придурки, учить их еще и учить, чтобы их не убили в первом же бою.

Сейчас она не отвечала даже за себя.

Она с ненавистью посмотрела на прозрачную золотую цепь, уходившую куда-то в дверь. Собственность! В сердцах дернула за конец, обвивавший ее талию, и попыталась убрать ее заклинанием, но цепь держалась прочно.

Чертовы маги Хаосовы!

«Иначе тебя не примет Хаос».

И почему эта его фраза с самого начала показалась ей подозрительной?!

Она рвано выдохнула и сжала лоб ладонью. Ладно. В конце концов, как говорил старый опытный мейр Герард, обучавший ее, когда она сама была новобранцем: «Будут бить – будешь плакать». А пока ничего особо страшного, за исключением того, что она внезапно стала собственностью холодного циничного ублюдка, не происходит.

Ей действительно надо поесть.