Невеста для наследника

Он даже этой малости ей не дал! Элементарного комфорта! Пришлось быстро хватать одежду и под его взглядом идти в ванную. Это было моральное унижение, демонстрация власти. От возмущения Алексу просто трясло. Куда только делись ее уверенность и хладнокровие? У нее валилось все из рук!

Однако, одетая и гладко причесанная, она смогла хоть в какой-то степени чувствовать себя на равных. Когда Алекса вышла из ванной, на столе уже были расставлены приборы для двоих и стояли два блюда, накрытые колпаками. Она молча подошла и села напротив.

Кажется, господин Умранов только этого и ждал. Стоило ей сесть за стол, потянулся и снял крышку с блюда. Одного взгляда ей было достаточно, чтобы понять, что там опять это жутко перченое мясо. Алекса медленно выдохнула и прикрыла рот рукой, глядя, как он накладывает ей в тарелку здоровую порцию. В конце концов не утерпела, сказала:

– Довольно уже. Я столько не съем.

Он словно не слышал, продолжил накладывать мясо и флегматично проговорил:

– Придется.

Душно стало от нахлынувшего протеста.

– Вы!.. – начала она.

– Ты, – быстро парировал мужчина. – И привыкай называть меня по имени, раз мы скоро поженимся.

Что?! Вот это номер! У нее от изумления приоткрылся рот. Она даже руками взмахнула над столом в знак отрицания. Стало на миг не по себе, ее как будто прострелило предчувствием. Стараясь дистанцироваться от этого ощущения, Алекса быстро заговорила:

– Послушайте, господин Умранов, к чему все это? Я ведь понимаю, что заявление было сделано для прессы.

А он уставился на нее с каким-то болезненным выражением в глазах. Крепко сжал в кулаке вилку, а потом отбросил и с кривой усмешкой произнес:

– Вот тут ты ошибаешься. Думала, я шучу? Нет. Через пять дней состоится наше обручение.

– Нет, – сказала она, сжимая кулаки.

– Да. Ты дала согласие, – мужчина подался вперед и впился в нее взглядом.

В тот момент Алекса была так зла, что готова была применить свое оружие.

– Ненавижу тебя, – прошептала она, не в силах больше сдерживаться.

– Отлично!

Он поднялся, скомкал салфетку, бросил ее на стол и пошел к выходу, но уже в дверях обернулся и проговорил:

– Будь добра съесть все. А после завтрака познакомишься с моей семьей.

И вышел.