Красавица и чудовище

Первый мгновенный испуг сменился внезапным томлением, а этот человек положил ладони ей на плечи. Ладони ощущались на теле как печати, как знак власти. Ей вдруг почудилось, что она маленькая трепещущая птичка, пойманная в сеть.

Это было неправильно.

– Очень необычно, – смогла выдавить из себя Даша, стараясь стряхнуть странное оцепенение.

– Не разочарованы? – и после провел вдоль всей длины рук, остановившись у кистей.

– Нет, – смогла прошептать она, задыхаясь от мурашек, бегущих по коже вслед за его руками.

Вот теперь она точно ощутила себя птичкой в силках. Правда, сама еще толком не могла сказать, что именно чувствует. Но ей не хотелось вырываться, хотелось замереть в ожидании.

– Помнится, вы говорили, что должны мне? – спросил он, не повышая голоса.

– Да, я помню, – проговорила Даша.

Разочарование понемногу поднялось из глубины души, рассеивая наваждение.

Все с ним понятно. Понятно, как он сейчас предложит ей отработать. А мужчина, словно почувствовав перемену, отошел и включил свет.

Помещение осветилось, волшебство исчезло окончательно. Но тут он заговорил снова:

– Мне бы хотелось получить нечто равное.

– Что именно? – прохладно спросила она, отходя от статуи.

– Ваше время.

– Время?

А Глеб уже ушел вглубь, отвечая из-за стеллажа с инструментами:

– Вы будете моделью для моей скульптуры.

Сперва хотелось возмутиться. Сказано это было так буднично и уверенно – ясно, что Глеб нисколько не сомневался в ее согласии. А потом пришло осознание.

Она же ни за что не откажется, потому что попалась на эту удочку с потрохами. Коготок увяз, и уж как она себя чувствовала – как птичка в клетке или как заяц в силках, – неважно. Ей ужасно хотелось побыть моделью, потому что это предполагало дальнейшее общение.

Но в последний момент мозги включились, и Даша выпалила, спохватилась:

– Но я не буду позировать голой! – Потом смутилась и добавила: – Извините.

– Извинения приняты, – ровным тоном ответил Глеб, выходя из-за стеллажа уже в сером рабочем халате.

Смерил ее непонятным взглядом и добавил:

– Мне голой и ни к чему.

Вот кто бы ей объяснил, почему она от этого почувствовала разочарование. Она что же, мысленно настроилась, что он непременно станет ее домогаться? Бред какой-то на нее накатывает, а не эмоции.

– Не отвлекайтесь, Даша, лучше помогите убрать тут.

Ооо! Вот на это точно следовало разозлиться, зато и лишняя дурь из головы вылетела.