Будь со мной

А вырвавшись, Александр поехал в парк. Глупо, да? Как будто его бывшая жена стала бы дожидаться его на том месте, где он ее оставил. Но, черт побери, он пришел на то место. Естественно, ее не было там, а уже темнело.

Где? Она. С Шахом?!

Какое ревнивое бешенство сейчас клубилось в его душе. Он поехал прямо к ней.

Когда звонил в дверь, его просто распирало. Он же видел ее машину, значит, дома. ПОЧЕМУ НЕ ОТКРЫВАЕТ?! Долго!

Наконец какой-то неуверенный лепет.

– Открой, это я, – проговорил, подавляя кипевшее в душе дерьмо.

***

Вот тебе на!

Александр? Что ему нужно? Неприятно стало. Но она все же приоткрыла дверь и, стараясь, чтобы голос звучал ровно, спросила:

– Что вы хотели, Александр Дмитриевич?

В этот момент как раз отворилась дверь рядом, в межквартирный коридор вышла соседка, покосилась на них. Александр проводил женщину вызывающим взглядом, потом повернулся к ней и едко усмехнулся:

– Что, и в дом меня не пригласишь?

А сам подался ближе, глаза опасно вспыхнули.

Эля поняла, что он сейчас устроит здесь скандал. Отодвинулась от двери и проговорила:

– Заходите.

Вошел. Только она закрыла входную дверь, и сразу дикое необъяснимое напряжение повисло. Хоть ножом режь. Она уже успела пожалеть, что впустила его. Бывший муж ощущался здесь лишним.

Эля повернулась к нему спиной, собираясь пройти из прихожей в комнату. Но он оказался гораздо проворнее.

– Торопишься? – процедил.

Отодвинул ее в сторону, а сам прошел вперед и стал бесцеремонно осматривать ее дом.

– Что вам нужно?

Мужчина прищурился, глядя на нее, взгляд давящий, тяжелый.

– К чему этот официоз, Эля? Неужели нельзя по-человечески? Мы были мужем и женой.

Он хотел внушить ей комплекс вины? Пробить границы? Нет, она даже не разозлилась.

– С тех пор многое изменилось, – проговорила она.

– Что мне нужно? – опасно хмыкнул и повел шеей.

– Да. Ты хотел поговорить. Давай покончим с этим, я устала.

***

Устала?

У него просто тормоза сорвало. Надвинулся на нее:

– Чем ты была занята весь день?

Смотрел в глаза, ловил отголоски эмоций. Он же знал, знал, что правда прыгнет в первый миг в ее глаза. Долбаная правда. Вина и страх. Хотел он этого? Ждал?

Увидел холод. Она жестко отгородилась от него.