Игрушка олигарха

Легкая полуулыбка олигарха быстро превращается в оскал. Злой, жестокий, звериный, и я даже шагу ступить не могу, как оказываюсь прижата к стене. Владлен медленно берет меня за горло и поднимает так, что я едва касаюсь носочками пола. Противостоять не могу, его прикосновение будто парализует.

Боже, он совсем не так действует на меня, как тот противный депутат. Совсем иначе, по-другому как-то. Сильнее, острее, невыносимо просто страшно.

Замираю, едва хватая ртом воздух, шевелиться не могу от сильного захвата.

Этот мужик вжал меня, как моль, в стену и вот-вот расплющит. Он не дает мне дергаться и в то же время не делает больно. Словно удав: перед тем как задавить добычу, он играет с ней.

– Я никому ничего не скажу! Честно. Слово даю! А-а… Пустите!

– Мне плевать на того депутата и его тушку.

Его пальцы больно впиваются мне в горло, и ужас пробирается под кожу, когда я замечаю в синих глазах этого олигарха опасный блеск.

– Что вам тогда надо? У меня нет ничего ценного. Нет… – хриплю, накрывая его сильное запястье ладонями от страха.

Воздух быстро заканчивается, но Владлен не отпускает, дает только чуть-то вздохнуть, просто чтобы я не отключилась.

– Есть.

При этом олигарх сильнее надавливает пальцем на мою артерию, и у меня перед глазами мгновенно темнеет. Становится сухо во рту, но все же я не отключаюсь. Он не дает, не позволяет, контролируя меня всецело, держа как куколку в своих руках.

– Часы. Ты спиздила мои часы, сука. Верни.

Бли-и-ин. И как он запомнил, припомнил и заметил! Наверняка у него таких вещичек целая куча.

Ну почему именно эти часы…

– У меня их больше нет. Честно! Я… я потеряла их. Пустите, дядь, мне надо… надо в детдом!

Владлен резко меня отпускает, и я жадно хватаю ртом воздух. Боже, что это за человек! Он едва не задушил меня.

– Ты не вернешься больше туда.

Холод липкими клешнями пробирается под кожу. Становится не по себе от его мрачного тона, и я машинально растираю кожу на горле, где только что была его сильная рука.

– В смысле?

– В прямом. Ты должна мне сто тысяч евро за часы и столько же за моральный ущерб.

– Что?! Нет… У меня нет таких денег, я не смогу отдать такой долг!

– Значит, будешь отрабатывать. Твоя шкура столько не стоит, потому я заберу тебя с потрохами и оставлю себе.

– Зачем? Как я буду этот долг отрабатывать… Трахать меня будете?

Владлен молчит, смотря на меня, а после внезапно раздается громким смехом, в уголках его глаз я замечаю морщинки.