Вне отбора: алые небеса

 – Посмотрите на себя! Из всех здесь присутствующих только ваши служанки повели себя достойно!

Леди хотели возмутиться, но ограничились пыхтением и открытыми ртами. Упомянутые служанки как раз трудились над тем, чтобы пришить оторванное (или оторвать с концами), оттереть размазанное, зачесать растрепанное и все в таком духе.

– Одна из вас станет моей королевой. И мне страшно! Я понимаю тех, кто едва достиг совершеннолетия, но вы, леди Маттенсайри! Вы-то куда?

– Мне слегка… слегка за восемнадцать! – возмутилась упитанная дама, поправляя декольте, из которого буквально вываливалась грудь размера седьмого.

– Постеснялись бы! – вспыхнула леди Амфросия.

К слову, распорядительница выглядела восхитительно, поистине как королева. В аккуратном коричневом корсете с золотой вышивкой. Юбка-купол, украшенная затейливыми завитушками, приятно шелестела при каждом ее шаге. Скрестив руки за спиной, леди Амфросия обходила вокруг длинный стол, одаривая участниц жестким, цепляющим взглядом и не стесняясь высказать все, что думает о каждой.

– Вы, Лекардия ла Фрей! – наконец, распорядительница добралась и до нас. – Сначала внушали надежду.

У Леки от расстройства затрясся подбородок. Я сжала ее ладонь в знак поддержки и прошептала:

– Они только этого и ждут! Не доставляй им удовольствия видеть твои слезы!

Растерянно осмотревшись, сестренка кивнула и, поджав губы, расправила плечи.

– Я повела себя недостойно, – единственная из участниц признала она. – Этого впредь не повторится, леди Амфросия.

Женщина вздернула бровь, посмотрела на меня, на Леку, снова на меня, и удовлетворенно кивнув, перешла к другим участницам.

Намылив каждой шею (будь моя воля, еще бы и крапивой по заднице прописала, но нельзя – леди же!), распорядительница вернулась на свое место и раскрыла папку. Дамы успели привести себя в порядок и выглядели не в пример лучше, чем после побоища: слегка помятые, изрядно деморализованные, но старательно улыбающиеся, ведь королева должна держать лицо, даже если птица гадит на голову.

– Перейдем к делу, – начала распорядительница, и в столовой стало так тихо, что редкие завывания желудков то тут, то там, казались рыком голодных гиен. – Вас ждет напряженный график.

Распорядительница взмахнула рукой и, подхваченные лентами силы, со стола поднялись кремовые карточки. В следующий миг, каждая карточка безошибочно достигла адресата. Одна из них опустилась рядом с Лекой.