Вне отбора: алые небеса

Жаль, я не могу залечить синяки на груди и коленях – самому себе маг помочь не может. А про отметины от асов и вовсе молчу. Долгие годы браслеты росли вместе со мной, впиваясь в кожу, уродуя ее, оставляя глубокие порезы, ставшие отвратительными шрамами. Мерида поменяла асы только раз, когда у меня открылось кровотечение. Разрывы могли залечить магией, но отец был в разъездах, потому Беки зашила меня вручную.

«Беки станет первой женщиной-хирургом! Ей нужно на ком-то тренироваться!» – оправдывалась мачеха.

Чтоб ей так платья шили, как она мне раны латала.

Замоталась в пушистое полотенце и вернулась в комнату, где вовсю хозяйничала Лека.

– Ни одного приличного платья! – возмутилась она, бесцеремонно выкидывая вешалки с одеждой на мою кровать. – Ты меня опозорить решила?!

– Я здесь служанка, – растерла полотенцем кожу, от которой шел ароматный пар. – А служанкам не положено выделяться. Мои наряды соответствуют требованиям: скромные, закрытые, практичные.

Хотя, как показал бег по лесу с препятствиями, практичность под вопросом.

Кому-то ночью спать, а кому-то платье штопать.

– Надень вот это, – потребовала сестра, брезгливо указав пальцем на темно-зеленое льняное платье с небольшим круглым вырезом до ключиц. – И разрешаю надеть воротничок.

Лека скрестила руки на груди и в нетерпении топала носочком по паркету.

– Ты будешь смотреть? Или помогать переодеваться?

– Тебя не поторопишь – еще полжизни готовиться будешь, словно это не моя, а твоя свадьба!

Строго говоря, о свадьбе речи не идет, но слова сестры шевельнули ревность.

Крейн не мой. Но как запретить сердцу надеяться на взаимность?

– Я быстро. Обещаю!

Сестра нехотя вышла. Точнее – выскочила, сразу, как только я бесцеремонно распахнула полотенце, демонстрируя щедрость природы. Эту бы щедрость да в красивый корсет! Но вместо этого я затянула поясок на скромном платье, стискивающем грудь, но подчеркивающем талию.

Пользуясь передышкой, заглянула в ридикюль – узнать о подарке кормилицы.

Им оказался резной ключик с красным камушком в основании и замысловатыми завитушками вокруг него. То ли причудливая подвеска, то ли открывает какой-нибудь тайник – непонятно. Я повесила ключик на шейную веревочку, рядом со знаком Пресветлой, и занялась волосами.

Пальцы выверенными движениями заплели косы, подкололи заметно укороченную шевелюру кверху. Подколола прядки над висками заколками, с грустью вспоминая об утерянном зажиме.