Вне отбора: алые небеса

– Какая она? – спросил его высочество как бы между прочим, снова придерживая меня за локоть, словно я не служанка, привыкшая шлепать калошами по лужам и топтать болотный мох, а леди, впервые попавшая в дикую местность. Я остановилась и прищурилась:

– Ваше высочество, вы, правда, думаете, что я стану обсуждать госпожу за ее спиной?

– Другие охотно это делают, особенно за деньги, – он беспечно пожал плечами, не понимая, как больно ударили его слова. Они бьют больнее розг. Я вырвала локоть из ладони принца и, сохранив жалкие крохи достоинства, уверенно пошла вперед.

– Элия!

Молчала и гордо шла под хруст лопухов и чавканье мха. Где-то вдалеке тревожно переговаривались сойки, и лениво стучал дятел.

– Что случилось?

– Да так! – фыркнула, едва удержав равновесие на мокром мхе. – Я всего лишь набиваю цену! Благодарю, ваше высочество, но дальше я сама! И не говорите, что впереди овраг!

– Нет. Впереди берлога медведя. Но ты так воинственно настроена, что, думаю, медведь благоразумно пересидит в ней, чтобы не попасть под горячую руку и воинствующую ногу.

Остановилась и, поджав губы, повернулась к его высочеству. С мягкой улыбкой он указал налево. Хорошие люди налево не ходят, но ладно, мы уже выяснили, что я дама облеченных моральных нравов. Подобрала подол и пошла, куда послали.

– Я будущий король Арвии, – раздался за спиной голос его высочества.

Мужчина неспешно шел следом, а под моими ногами чудесным образом разглаживались ямы и исчезали препятствия.

– Возможно, твоя госпожа – будущая королева. Моя супруга. Выбор сделать непросто. Нужно тщательно все взвесить, чтобы не пожалеть о принятом решении. Только слуги могут рассказать, что скрывается за маской сияющей и жизнерадостной леди, источающей сладкий мед улыбок и лести.

Обсуждать сестру за ее спиной, да еще за деньги! Я все понимаю, но этого не понимаю. За кого меня вообще принимают?

Резко развернулась и ударилась в грудь его высочества. Да что же он крадется-то бесшумной рысью? Подняла голову, не отказав себе в удовольствии вдохнуть сумасшедше приятный аромат его парфюма и… Забыла, что хотела сказать. Меня как изможденного зноем путника, окунуло в прохладную пучину его глаз.