Не драконь меня!

Зачем только зарекся не убивать никого в первые несколько часов после возвращения?

– Вы. Объяснили. Оборотням. Ситуацию, – повторил с ледяным спокойствием, цедя слова и представляя, как препарирую присутствующих на чешую.

– Конечно. Император болен, мы готовы пойти на все, поэтому не стали мелочиться и припоминать старые обиды.

Они о той самой «обиде».

– Вы где были последние пятьдесят лет?

– При всем уважении, – проблеял кто-то бессмертный, – вас последние полвека вообще в стране не было. Как вы можете знать, что для нас лучше?

Присутствующие сглотнули и отступили.

Я улыбнулся. Лениво и опасно, как цепной пес, очутившийся на свободе.

– Да, меня не было. Согласен. Очевидно, того, где я был все это время, вы не знаете.

Руководитель сыскной службы, похоже, вспомнил. Он вздрогнул, икнул, подавился неосторожно оброненными словами, выпятил грудь колесом и, заикаясь, пролепетал:

– Простите! Простите, пожалуйста. Я что-то не то сказал.

– Да не переживай ты так, – я уронил ладонь на его хиленькое плечо. Что за драконы пошли? На руководящем посту какой-то задохлик. Пуганый, рахитичный, недокормленный. – У тебя будет время подучиться манерам, субординации, страху перед старшими. Кажется, с такой формулировкой меня отправляли в ссылку за пелену?

Я сжал свободную руку в кулак, призывая силу пелены, связывая ее с душой бесстрашного и слабоумного руководителя сыскной службы. Дракон замер со стеклянными глазами, побледнел и перестал дышать.

– Всему вас, неразумных птенцов, учить надо! – выдохнул скучающе, когда бездыханное тело свалилось к моим ногам.

Присутствующие замерли и подняли на меня стеклянные глаза. Пусть боятся. Воскрешу, конечно. Да, он приобретет парочку психических отклонений, навеянных незабываемыми впечатлениями, но, в целом, уму-разуму научится.

– Пришли к оборотням, открыли дверь с ноги, заявили о своих желаниях и поставили срок для исполнения.

Господа побледнели и отступили на шаг. С такой синхронностью да в балет бы! Сестра как раз зазывала на свою дебютную постановку. Приведу ей кордебалет способных и усердных артистов. Великолепно отыграют осиновую рощу.

– Если забыл, именно за такое поведение, тебя и сослали в темный мир, – раздался от дверей скрипучий голос.