Искра. Судьбе вопреки

Он словно несколько помолодел. – Я знал, что ты великодушная, но не представлял, насколько!

– А давайте мы закроем тему, как вам такое предложение? Вам волноваться нельзя, а мне уже очень и очень пора. Сюрприз для вас, помните?

– Конечно, – он поцеловал мои ладошки. – Только сначала позавтракай, прошу тебя! Моя внучка.

Он так тепло произнес это слово, что в груди разлился ласковый жар нежности, а на душе расцвели прекрасные цветы счастья. Настоящего, человеческого и такого бескрайнего, что мне хотелось обнять весь мир! Я крепко-крепко обняла Оуэна, а затем завтракала, не в силах отвести взгляда от моего дедушки, стараясь запомнить каждую черточку, каждую морщинку, весь его образ! Он улыбался, глядя на меня с облегчением и любовью, осторожно поднося к губам чашку с кофе.

Я лишь изредка подхватывала ее, когда та выскальзывала из непослушных пальцев старика. А потом мы сделали несколько фотографий на планшет. На долгую память. Навсегда.

Прощались очень тепло, а в театр я летела окрыленная счастьем.

Волар Харви не забрал. Стоило выйти на парковку и направиться в сторону такси, как внезапно появились рейгверды и отконвоировали к уже полюбившемуся мне лазурно-голубому Сайману. При этом слова мне никто не сказал. Просто кольцом обступили со всех сторон и повели, куда хотели. Каменные спины расступились только перед самим транспортом. В этот раз, к огромному удивлению, мне даже дверцу открыли. И не переломились даже! А, когда я поблагодарила столь дружелюбного рейгверда, то получила в ответ кивок.

Целый кивок, Карл! Отелепатеть.

Пилот послушно исполнил просьбу и трассой для правящих домчал до Арт Палас в мгновенье ока. По пути я лишь успела написать Тану и Альби, что приглашаю их вечером на свое выступление, и отказ не принимается. Форма одежды – торжественная. Думаю, Макс не станет возражать. Какая разница, один гость или сразу три, если уж для меня он готов выделить целую ложу?

Мы приземлились на верхней парковке, потому до репетиционного зала бежала по лестнице, едва не вывихнув ногу на ступеньке.

Стянула туфли и побежала босиком. Быстро переоделась, выудив из выделенного для меня шкафчика пуанты. Перекинула их через плечо и отправилась в репетиционный зал, но там оказалось пусто. Вообще на этаже было подозрительно тихо для этого времени. Только в двух залах шли репетиции.

Подошла к костюмерной, вот уж кто все время на боевом посту, так это швеи, и услышала знакомый голос. Внутреннее чутье заставило притормозить.