Упыриная наука. Дилогия

– Спасете! – заверила я и снова рухнула на учебники немного разочарованная, что гость пришел без черного балахона и косы.

– Интересный у тебя способ учить, – улыбнулся он по-отечески, глянув на мои жалкие попытки впитать знания из закрытой книги, и присел на кровать возле окна. Из последнего, к слову, доносились летние радости: восхищенные голоса играющих на солнце не упыриных детишек, птицы, фонтаны, шум молодой листвы…

– Да уж. И какой-то не действенный, – с сожалением пробурчала я из вороха учебников, не слишком обременяя себя шевелением губ и проговариванием звуков.

– Девочка моя. Многие из кожи вон лезут, чтобы поступить на первый курс, попасть в эту школу. Тебя же директор готов принять сразу на третий! – учитель явно полагал, что сей факт отзовется в моей душе радостным воплем.

– Ага…. А может, вам напомнить, что вы с ним лучшие друзья? И, ну так, для галочки, вы – бывший директор?! – сам факт учебы в этом сомнительном заведении заставлял меня приходить в ярость.

Эльф, немного смутившись, парировал:

– Но кого попало в эту школу не возьмут! И я, не считая тебя одаренной ученицей, не стал бы просить директора о подобном одолжении.

– Я вообще не понимаю, почему я не могу стать, например, архитектором или садовником? Я всегда любила цветочки, хоть это и не взаимно! Аласс, почему я должна поступать в эту школу? Может, я вообще не хочу идти по тропе магии! Как же свободный выбор? Самостоятельность? Между прочим, я тут заглянула в декларацию о политических, культурных и социальных правах всех рас и в пункте третьем статьи пятой…

– Довольно, Раэль! Все было решено еще задолго до сегодняшнего дня! На то была воля твоих родителей, и я ее исполню! – встав, решительно заявил учитель, что означало великое нежелание моего наставника искать неправдоподобные отговорки.

Эльф вышел, а я упала на учебники еще более обреченно, чем прежде. Мне предстояло поступить на третий курс! А это означало, что помимо вступительных, нужно каким-то образом сдать экзамены по первым двум курсам! Конечно, учитель наставник превосходный, он многое мне дал, многое всучил и вдолбил, отчего знания, словно выгравированные на просторах моего мозга, прочно засели в голове.