Самолеты над Голливудом. Русско-американский детектив

Чувствуя себя безмерно уставшей, Альбина опустилась на бархатное сиденье банкетки и, прислонившись спиной к гладкой панели из мореного дуба, стала наблюдать за подругой, неутомимо снующей по многозеркальному залу огромного магазина. Лора примеряла, наверное, уже сотый наряд и каждый раз призывала Альбину в свидетели – хорошо ли? Но та, расслабленная массажем и парикмахерской, предварявшими праздничный шопинг, реагировала вяло. Что-то все время раздражало – то цвет, то фасон, и Альбина раскапризничалась. Не подобрав ничего для себя, она решила, что и подруга как-нибудь обойдется.

– Нет, все это какое-то липовое! – изрекла наконец Альбина, провожая глазами Лору, в сто первый раз устремляющуюся к новой шмотке. – Лучше все же в Италию за шубками поехать, там побогаче выбор, да и проветриться не мешает!

– Когда? Мы ж в Голливуд едем! – мгновенно отреагировала Лора.

– Да ну, ты что, серьезно?

– Конечно, мы ж договорились! И как я без шубы?

– Лорик, ну, во-первых, там лето! Круглый год! А во-вторых, у тебя ж их штук десять уже!

– Не десять, во-первых, а всего-то шесть, а вечером, небось, и там холодно! – не сдалась Лора. – Ты их фильмы посмотри, как вечеринка, так все в манто.

– Так то манто, а не шубы!

– Действительно! – воскликнула Лора и устремилась вновь в гущу меховых изделий.

Вернулась она торжествующей и с трофеем, и, тут же набросив на плечи золотистую норковую горжетку, отделанную кружевом, стала крутиться перед зеркалом.

– Вещь! – изрекла она. – Молодец ты, Алька, надоумила! Вот, все же, что значит – универ закончить! Совсем по-другому голова работает. Я своего папика на Новый год порадую! После банкета вернемся, и я к нему в спальню – в розовом белье со стразиками «Сваровски» и в этой штуковине! Ух! Назавтра еще две такие купит – горделиво промурлыкала она.

Альбина поджала губы. Лора – милая тетка, но простоватая. Ее постельные откровения слегка коробили ханжескую натуру Альбины. Все ведь знают, как Лора проложила себе путь к деньгам, но говорить об этом неприлично! А этой – хоть бы хны! Стоит и красуется. И ведь точно, с вечера зайдет к мужику в горжетке, а поутру выйдет с тремя! Хваткая, аки бульдог.