Тебе назло. Серия «Город». Книга 3

Сидел в кресле с низкой спинкой, ноги вытянул, руки на животе сложил и вроде бы дремал, прищурившись. Правда, на сцену смотрел, без всякого выражения на лице. Я прошла через зал, огибая пустые столы, а когда подошла к его столику, молча села в соседнее кресло.

– Хреновая у тебя охрана. Я вошла в клуб, а никто даже не заметил.

– А чего тебя замечать? Ты дочка босса. В этом городе можешь ходить, где тебе захочется.

– Спасибо, учту.

Я смотрела на него, взгляд скользил по лицу, по строгому профилю, потом опустился ниже, а Генка, кажется, не замечал, а может, не хотел замечать моего внимания.

Налил себе виски, сделал большой глоток, а сам с девочек глаз не сводил. Я тоже на них посмотрела. Нос наморщила.

– Паршивое место.

– Зато как танцуют. Посмотри, вон та, рыжая, я её из Питера сманил. Надеюсь, она отработает затраченные на неё деньги.

– Гена.

Я заметила, как в одно мгновение напряглось его лицо. Но он поднёс к губам бокал и сделал ещё один глоток. Я окончательно расстроилась и в кресле откинулась.

Закинула ногу на ногу, не обратив внимания на то, что подол платья слишком высоко задрался.

– Я решила выйти замуж.

Он фыркнул в бокал, а я обиделась. Подбородок вздёрнула.

– Зря смеёшься.

– А что мне делать? Плакать?

Я губы облизала, а Завьялов кинул на меня странный взгляд.

– Что? Всерьёз ожидала, что я заплачу? Кинусь тебе в ноги… Что ещё?

– Да пошёл ты к чёрту, – шикнула я на него. – Я приехала, чтобы предупредить тебя: не подходи ко мне больше. Понял? Никита приедет на днях, и я очень надеюсь, что ты будешь тише воды, ниже травы.

– Серьёзное предупреждение. Выпить хочешь? Есть твоё любимое вино. Только не думай, что заказал специально, в ожидании твоего приезда. Просто случайность.

Он издевался. Откровенно издевался надо мной, смотрел зло и насмешливо, а губы презрительно кривились. Мне стало трудно дышать. Ещё как назло музыка смолкла, вместо неё послышались девичьи голоса и смех, а я вдруг испугалась, что расплачусь. Вот прямо здесь, при всех.

Поднялась, очень надеюсь, что вышло грациозно. Пошла к выходу, но потом вернулась. Остановилась рядом с ним, даже наклонилась, и Генкин взгляд сам собой уткнулся в вырез моего декольте, чего я, собственно, и добивалась.

– Ты пожалеешь, Завьялов. Ты уже жалеешь, я это точно знаю. Но когда ты опомнишься, будет поздно. И ты останешься один, в этом дурацком клубе, в окружении шлюх. И сопьёшься.

Он поднял глаза к моему лицу.

– Они не шлюхи, Вась, они танцовщицы.