Свет мой зеркальце, скажи…

 – Надеюсь, что завтра проснусь, и всё это окажется кошмаром!

– Ты серьёзно про диван?

Я в дверях оглянулась на него, в искреннем изумлении.

– А есть сомнения?

– Скорее уж предложение.

Я лишь головой качнула.

– Вы не в своём уме.

На диване, кстати, было не так уж и плохо. Я устроилась со всеми удобствами, закуталась в плед, было мягко и удобно. Я свет выключила, было ещё не поздно, но хотелось темноты и тишины. Правда, быстро заснуть я не мечтала, просто лежала, таращила глаза в темноту и вздыхала время от времени.

А потом Рома появился. Сначала просто вошёл в гостиную и остановился в темноте, но я знала, что он на меня смотрит, к дыханию прислушивается. Я постаралась дышать глубоко и ровно, я хотела притвориться спящей. Ни единой минуты спора и пререканий я больше не выдержу. На сегодня с меня хватит. И когда он, наконец, ушёл, вздохнула с облегчением, а потом отвернулась лицом к спинке дивана.

Утро следующего дня началось с бодрого приветствия, которое заставило меня подскочить на диване.

– Доброе утро, жена!

Я села, глаза вытаращила, поначалу бестолково присматривалась к высокой мужской фигуре, потом глаза потёрла. Припомнила вчерашний день, и захотелось снова с головой в одеяло закутаться и заснуть. Но кто бы мне позволил? Но одеяло к груди я в качестве предосторожности прижала покрепче.

– Что вы делаете? Который час?

– Буду отвечать в обратном порядке. Время восемь утра, и я тебя бужу, самым бессовестным образом.

Роман Евгеньевич, кстати, не смотря на ранний час, выглядел бодрым, выспавшимся, был свежевыбрит и готов ко встрече с всякими жизненными перипетиями.

Про себя я такого сказать не могла. Только пробормотала:

– То, что бессовестным, я согласна.

– Липа, хватит жаловаться. К десяти мне надо тебя к Аркаше отвезти.

Я снова легла и всё же пожаловалась:

– Я бы ещё час могла спать!

Рома подошёл ближе, и теперь разглядывал меня, стоя прямо надо мной.

– Липа, не пугай меня. И не пугай Аркашу. Думаю, что он тебя без боевой раскраски не видел ни разу.

Я с тоской на него смотрела.

– Я должна притворяться ею?

– Да.

– Зачем?

– Я тебе скажу, когда пойму. Но раз ей нужно было, чтобы тебя видели и принимали за неё, тебе нужно постараться так себя и держать. Так что, давай, подъём. Краситься, мазаться и одеваться.

– А если я не хочу? Если мне всё равно кто и что подумает? Я даже не знаю этих людей!

– Зато они тебя знают. И заметь, под твоим именем и по твоим документам.