Круговорот чужих страстей

– Ему не надоело? Дался ему этот торговый центр!

– Не твоё дело, Золотарёва, надоело ему или нет. Ты журналист, ты должна освещать. – Рыбников снова оглянулся за своё плечо, ещё раз махнул на Огарёва рукой, призывая, чтобы тот мгновенно испарился. И тот это сделал, а редактор вновь впился обвиняющим взглядом в лицо Алёны. – Ты понимаешь значение этого слова – освещать? Писать то, что есть, а не то, что тебе хочется. Иначе сиди дома и пиши роман! – К концу тирады его голос до предела возвысился и отозвался суровым эхом от высокого потолка коридора редакции.

Алёна хотя и хмурилась, но нос вздёрнула, выслушивая упрёки с каменным выражением лица. А Пётр Алексеевич тон поубавил, откашлялся и быстро огляделся по сторонам. А затем уже тише и проникновеннее продолжил:

– Вот что с тобой не так? Тебя просили написать про новый банк, а ты что написала? Алёна, у тебя какие-то проблемы? Ты скажи честно, я попытаюсь войти в твоё положение.

– Да всё со мной так, Пётр Алексеевич! – Алёна заговорила громким шёпотом, и тоже возмущённо.

 – Я всё написала, как есть. Если они мошенничают с кредитами, что с этим делать? Я всё узнала, у меня свидетели есть, Пётр Алексеевич, мы можем такой материал сделать!

Рыбников смотрел на неё с болью.

– Скажи, я с ума сошёл, когда тебя на работу взял? Моё неадекватное состояние было заметно?

– Пётр Алексеевич! Я же серьёзно!

– Я тоже серьёзно, Золотарёва! С твоими талантами откапывать криминал, надо было идти работать в прокуратуру, а не в журналистику.

Оставь эти кредиты в покое, все твои свидетели и информаторы испарились, как только к ним обратились официально.

Алёна насупилась, возразить было нечего, и от расстройства она от начальника отвернулась. А тот смерил её многозначительным взглядом, сунул руку в карман брюк, повёл широкими плечами. Он вообще весь был высокий и широкий, довольно дородный мужчина с огромным самомнением, как о своём уме, так и о красоте и талантах. Сам себя искренне считал завидным экземпляром. И, наверное, поэтому к молодёжи, особенно к девушкам, относился немного снисходительно.

И Алёна подозревала, что лично её воспринимает некой неугомонной дурочкой, которая пишет неплохо, но уж больно много от неё хлопот.

– В общем, пиши про митинг.

– Что писать? – угрюмо поинтересовалась Алёна.

– Вот это правильный вопрос, – вроде как порадовался Рыбников. – Тебе нужны точные установки. Напиши про Беленького, напиши про долгое строительство, выскажи две точки зрения.