Хочу расправить крылья!

Я не успела тебе рассказать, но на последнем УЗИ сказали, что у нас будет дочь.

– Дочка – это здорово! Что ты такое говоришь? Мы будем заботиться о ней вместе, – воодушевленно ответил Александр.

– Пообещай! – Настойчиво потребовала Маргарет.

– Хорошо, если тебе так будет спокойнее. Я обещаю тебе, что наша дочь ни в чем не будет нуждаться, – твердо произнес Макбрэйн. – Я люблю тебя, – добавил он с нежностью.

Пронзительно запищали приборы, и медики кинулись к женщине, оттесняя Александра в сторону.

– Что происходит?! – Истерично выкрикнул Макбрэйн.

– Не мешайте, – властно осадил разволновавшегося мужчину врач, набирая лекарство в шприц. – Скорее! Время на исходе.

Мистер Макбрэйн потерянно замер, затравленно наблюдая за действиями реанимационной бригады.

– Она умирает… – потрясенно заметил Камаэль и схватил невозмутимого Эрилима за грудки. – Ты знал? Знал, что так будет?!

– Конечно, знал, – с сожалением подтвердил Эрилим, отцепляя руки Камаэля от себя.

– Зачем? Зачем тогда все это? Эта бесконечная любовь… ребенок? Он же не сможет без нее! А девочка? Без матери?! – Вопил Камаэль, съежившись от ответа Эрилима.

 – А ты? – Уже тише спросил хранитель Александра. – Ты же исчезнешь… – в глазах Камаэля заблестели злые слезы. – Я так привык к твоим мудрым советам, к твоему присутствию рядом. Как мне одному справиться с этим?… Горе убъет Александра, – махнув безнадежно рукой, глухо закончил он.

Карета скорой помощи подъехала к больнице. Медицинский персонал суетился около носилок, на которых лежала потерявшая сознание Маргарет, Александр безучастно топтался рядом.

Каталку с женщиной завезли в операционную, а он слепо ткнулся в закрытую дверь, но путь ему преградил суровый медбрат.

– Вам туда нельзя. Ждите.

Александр сполз по стене и остался, так сидеть, закрыв лицо руками.

– Ты нужен ему сейчас, – осторожно коснувшись плеча Камаэля, прошептал Эрилим. – У нас еще будет время поговорить. А мне нужно быть там… – указав взглядом на оперблок, ангел-хранитель Маргарет растворился в воздухе.

Невидимой тенью Камаэль подошел к Александру и закрыл его своими белоснежными крыльями от внешнего мира. Казалось, Макбрэйн задремал, немного успокоившись. Оставалось только ждать…

Прошла вечность, прежде чем, распахнулась дверь оперблока, и в коридор вышел уставший врач. Александр очнулся от забытья, вскочил на ноги и пронзил доктора безумным взглядом, в котором сквозила неприкрытая надежда.

– У Вас дочь.