Западня

Мужчина отключил телефон, ел меня темно-карими глазами и кривил недовольно рот с двумя маленькими родинками по краям. Мне оставалось только отвернуться и отойти дальше от него хотя бы в мыслях.

Через несколько минут дверь открылась, и я оказалась на балкончике вдвоем с «долгожданным» гостем. Он остался в гостиной, но открыл дверь, чтобы разговаривать со мной.

– Пояснишь? – тихо произнес его красивый бархатный голос.

– Мне нечего рассказывать. Я была здесь и ждала тебя.

– Это я понял, – ухмыльнулся он так, что я догадалась – мне достанется.

Вернувшись монотонными шагами обратно в гостиную, я обернулась и увидела его прислонившимся к стене, скрестившим грозно руки, неотрывно следившим за моими передвижениями, мрачным, неестественно тихим. Уже совсем стемнело, и Эйфелева башня заблестела многочисленными искорками, врывалась сквозь вечернюю темноту в окна гостиной. Илья пощелкал выключателем и оторвал себя от стены.

– Хочу выпить, – как-то напряжено произнес он.

Я помолчала, а потом медленно обернулась к нему.

– Я принесу, – тихо ответила я.

– Здесь есть?

– Схожу в магазин, здесь недалеко, – ответила я и медленно стала идти к выходу, натягивая пиджак, то и дело вздрагивая и боясь его оклика.

Он следил, не скрывая своего недоверия, пошел следом вдоль гостиной, затем по коридору до самой двери. Наблюдал, как я взялась за ручку, открыла дверь, уже ступила за порог, не произнес ни слова, но пугал молчанием. Неожиданно, уверенная, что вот-вот выйду на свободу, я почувствовала человека за спиной и вздрогнула.

– Я быстро, – промямлила сорвавшимся голосом.

Отстранялась назад, пытаясь не делать резких движений, чтобы его еще больше не провоцировать и, наконец, увернулась.

– Деньги не хочешь взять? – излишне спокойно, давяще произнес голос высокого мужчины.

– Да, конечно.

Я повернулась к своей сумке и протянула руку. Он резко встал между ней и мной, сунул руку в карман и вытащил кошелек.

– Думаю, хватит.

– Теперь он обыщет и эту сумку, – невесело подумала я.

Я нервно улыбнулась, взяла протянутые деньги и развернулась на пятках.