Западня

– Я, – ответил голос, стоя к нам спиной.

– Везет тебе с мужиками, – тихо сказала она по-русски.

– Таня, – с укором произнесла я.

– А что? Этот тоже при деньгах, как и тот, – пожала она плечами.

– Таня, – снова произнесла я, пытаясь отмахнуться от ее выводов.

– Правда, этот помоложе и посмазливее, и француз… – не успела окончить она фразу, как была перебита Полем.

– Ну, рассказывайте, – произнес мужской голос громко, услышав который мы встали по стройке смирно.

Поль уселся на свой бледно-розовый диван, идеально смотревшийся в двойной гостиной светло-серого цвета.

Деление на две зоны делало ее уютной, позволяло сидеть либо у камина, либо на диване за столиком. Лепнина на стенах, на потолке, французские окна закрыты занавесками серого цвета с золотой каймой по низу. Камин светло-серого гранита с большим зеркалом в золотой раме идеально сочетались со всем интерьером.

Я снова начала пересказывать историю нашего знакомства с Татьяной строго по первому сценарию. Татьяна слушала, кивала головой и подтверждала каждое предложение, потом начала придумывать сама.

– Поль, я клянусь, ничего не знаю! Этот идиот выгнал меня из дома без вещей. Я только успела тайком, по-быстрому, собрать свои вещи, да ноги унести! Я ничего чужого не брала, клянусь! Если та картина – подлинник, я тебе все отдам! Я же не знала! Чтоб этому барану пусто было! – Татьяна бегала туда-сюда, прижимала руки и смотрела на Поля кристально честными глазами. – Каких людей подставил! Ну, баран, ну ей богу, баран!

– Так где картина? – выкурив уже третью сигарету, произнес наконец мужчина.

– Где? Там и оставила – в клинике.

Поль посмотрел своими голубыми и усталыми от ночного бодрствования глазами, потом перевел взгляд на меня, переместившуюся к окну. Я пожала плечами, приоткрыла окно, чтобы проветрить накуренную комнату, и снова повернулась к ним.

– У меня там свой кабинет и кладовая. Никто не найдет.

– Уверена?

– Ну, если завтра съездим, то сможем забрать, – пожала она плечами.

– Да завтра там все кому не лень будут картину искать!

– Ну, не с собой же было мне ее тащить ночью?

– А куда ты вообще ночью собралась? – вдруг спросил он.

Татьяна застыла на месте. Ответ ей на ум не приходил.

– Поль, ну что ты спрашиваешь странные вещи, – начала я врать за Татьяну. – Ты же не маленький, должен понимать, – Татьяна смотрела на меня, сама не понимая, о чем я.

Поль тоже перевел голубые глаза на меня.