Освобождение Ирландии

Ольга, которая после моих слов немного обиделась на меня за мою холодность, и даже надула свои прекрасные пухленькие губки, поняв, видимо, что у меня действительно имеется важное дело к господину Тамбовцеву, кивнула и, попросив немного обождать, вышла из своей комнатушки. Я же прилег на кушетку в ее комнате и незаметно для себя задремал.

Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидел донельзя довольную Ольгу.

– ПапА, – сказала она, – господин Тамбовцев велел передать тебе, что он будет очень рад увидеть прославленного воина, сына великого русского поэта.

Он сейчас в парке – это недалеко от госпиталя. Идем быстрее туда, не стоит заставлять ждать такого уважаемого и занятого человека.

Я быстро привел себя в порядок, и с некоторым волнением отправился вместе с Ольгой в хорошо знакомый мне парк. Там на одной из скамеечек сидел пожилой седовласый мужчина, одетый, как и многие югороссы, в пятнистую военную форму без погон. Он задумчиво смотрел куда-то вдаль, и заметил нас с Ольгой лишь тогда, когда мы подошли к нему совсем близко.

– День добрый, Александр Александрович, – первым поприветствовал он меня, – я давно мечтал познакомить с вами, только вот все никак не мог найти для этого времени. А вот с вашей дочерью мы старые друзья. Она замечательная девушка, большая умница и, как мне кажется, в будущем может стать хорошим врачом.

Мне было приятно услышать добрые слова, сказанные югоросским канцлером о моей любимой доченьке. В свою очередь, я поблагодарил господина Тамбовцева за заботу, которую он оказывает Ольге.

После обмена комплементами, Александр Васильевич предложил мне присесть рядом с ним, и выразительно посмотрел на Ольгу, переминавшуюся рядом с ноги на ногу. Та сразу все поняла, и, извинившись, отправилась по своим делам.

Когда ее белый сестринский халат скрылся из виду в глубине аллеи сада, господин Тамбовцев вопросительно посмотрел на меня. Сейчас он уже не был похож на добренького дедушку, гревшего свои косточки на лавочке в саду.

От его взгляда мне стало немного не по себе. Я вздохнул, словно перед прыжком в воду, и начал излагать ему свою просьбу.

– Александр Васильевич, – сказал я, – до меня дошли слухи, что с помощью Югороссии ирландские инсургенты готовятся начать борьбу за освобождение своей родины от британского владычества. Это так?

Он, глядя мне в глаза, кивнул своей лысеющей головой и ответил:

– Да, Александр Александрович, слухи эти соответствуют истине.