Все, что вы хотели знать о смерти

Он принес какие-то награды. Мне тоже было интересно, я хотела посмотреть, но Рустам меня прогнал, сказал, чтобы я работать шла. Но я слышала, как Рустам сказал, что ему не нужен орден строителей Польши, потому что такой у него уже есть. Ему нужен Крест… этого…

– Грюнвальда?

– Ну да. А тот человек сказал, что если надо, то он принесет. И потом он ушел.

– Зачем ваш буфетчик скупает ордена?

– Он коллекционер. Девочки сказали, раньше он свою коллекцию на стене в кафе размещал, но потом убрал. Говорят, там было много орденов и медалей.

– Бог с ним. Ты помнишь того, кто приносил польский орден и обещал еще?

– Так я про то и говорю. Я вчера шла домой мимо вашего дома, и как раз он шел мне навстречу… Я сразу его узнала…

Павел пошатнулся, и у него зазвенело в ушах.

– Погоди, – остановил он девушку, – то есть он вышел из арки – той, где мы сейчас с тобой стоим…

– Я не видела, откуда он вышел, я только видела, как он шел.

– Можешь его описать?

– Рюкзак? Ой! Мужчину описать? Конечно, могу. Он высокий, лет тридцать, мне кажется, что не русский.

– Почему тебе так кажется?

– Лицо круглое, и глаза как у таджика или узбека. Какое-то восточное лицо, но не смуглое. Одет прилично. На нем был светлый пиджак с подвернутыми рукавами и джинсы – не дешевые.

– Далеко твоя работа?

– Полчаса на маршрутке. Но он на машине уехал. Сел за руль и сразу поехал.

– Здесь стояла его машина? – не поверил Павел.

– Нет. Просто мне интересно стало, что этот знакомый Рустама здесь делает, я повернулась – и за ним. Но догнать не смогла. Вышла на улицу и увидела только, как он сел в машину и уехал.

– Какая машина?

– Серая или голубая. Марку я не знаю. А кафе наше называется «Жуда мазали».

– Как? – не понял Павел.

– Это по-узбекски означает «очень вкусно». Но Рустам купил кафе уже с готовым названием и говорит, что его менять надо.

Ипатьев достал мобильный и позвонил майору Гончарову, сообщил, что нашел свидетельницу, которая, скорее всего, видела мужчину, убившего его маму и бабушку.

– Я сейчас подъеду. А пока дайте ей лист бумаги, и пусть она запишет на него все, что вам рассказала, не пропуская даже самой мелкой детали.

– Есть часок времени? – спросил Ипатьев девушку.