Путешествие по ту сторону

Он обнял Лешу и развернул его, словно желая еще раз продемонстрировать жене и дочери:

– Цените! Вот такой парень!

А потом спросил у него:

– Как тебе моя дочь? Вы уже успели познакомиться и поговорить или ехали молча?

– Ты такой наивный, папа… – рассмеялась Регина, шагнув к Алексею и обнимая его за шею. – Мы уже пять лет любим друг друга.

Она быстро поцеловала Лешу и отстранилась, но руки с его шеи не убрала.

– Это правда? – не поверил Сименко.

– Правда, – серьезно ответил Верещагин. – Я уже пять лет люблю вашу дочь.

– О как! – хлопнул в ладони Эдуард Борисович. – А чего стоим тогда? Прошу всех к столу!

Глава 7

Как изменилась жизнь! Еще совсем недавно он мыл чужие машины – не всегда, конечно, собственными руками, хотя и самому приходилось, – он был доволен всем, даже порой работой, потому что не бедствовал. Для счастливой жизни не хватало лишь малости – именно счастья. А точнее – Регины. Многие считают, что отсутствие горя уже счастье. Но как тогда назвать радость, переполняющую теперь все его существо, не дающую дышать спокойно и размеренно, заставляющую звонче и сильнее биться сердце? Ему не хватало воздуха, чтобы надышаться, не хватало слов, чтобы описать то, что распирало его изнутри, хотелось бежать куда-то и кричать от охватившего его чувства.

Ужин был долгим и веселым. Быстро стемнело, за лапами елей блестела зеркальная поверхность засыпающего озера, отражавшего лунный свет и зеленые горошины звезд, где-то жалобно жужжал одуревший от одиночества осенний комар, над цветочными клумбами поднимался запах петуний и едва различимая полоска рождающегося тумана. Регина сидела за столом рядом с Алексеем, обнимая его и прижимаясь. Не смущаясь присутствия родителей, она время от времени целовала его и повторяла: «Я тебя люблю!», словно пыталась убедить в этом не отца с матерью, не Лешу, а себя саму.

А потом она поднялась и протянула руку Верещагину. Тут поднялся тоже, и тогда Регина кивнула родителям:

– Вы оставайтесь, а мы пойдем спать.

Сименко с женой переглянулись коротко, но промолчали.

И только когда дочь с Алексеем уже вышли из беседки, Бронислава Витальевна бросила им вслед:

– Спокойной ночи.