Прощание на Поцелуевом мосту

Мне порой приходится сталкиваться с некоторыми, к немалому моему сожалению, представителями этого, так называемого, народа. Меня приглашают в качестве эксперта для участия в различных политических ток-шоу. Что они там вытворяют! Боже мой! Вы даже представить себе не можете! А как они оскорбляют нас – людей, бьющихся за их свободу и отдающих свои жизни в этой неравной борьбе. Один козел недавно назвал меня прохиндеем… И это в прямом эфире центрального канала! Но я его запомнил. Когда придем к власти, я его в бараний рог, этого козла… На нары к уголовникам отправлю…

Возвращаясь в офис, Вера размышляла о партии Иноземцева.

Вряд ли его партийная деятельность являлась основной причиной для убийства. Понятно, что выделяемые на региональные отделения средства расходуются подотчетно, только все отчеты липовые, и московское руководство прекрасно осведомлено об этом. Знал, конечно, об этом и Дмитрий Захарович, но мер никаких не принимал. Возможно, он был в доле. Всякое может быть: городов много, и везде устраивают митинги. Просто кто-то ворует буженину, а кто-то партийные деньги.

Позвонил адвокат Перумов и сообщил, что побеседовал с Каролиной Воронович, в его присутствии она ответила на вопросы следствия, но повторила, что ничего не видела, потому что очень испугалась. И до сих пор боится за свою жизнь.

На допросе вместе с полковником Евдокимовым присутствовал и следователь из ФСБ.

Каролине, по ее просьбе, на некоторое время вернули телефон, чтобы она могла связаться с мамой. При следователях она позвонила и сообщила матери, что все хорошо, не надо беспокоиться, и что она ее очень любит.

– Вы уверены, что она звонила маме? – спросила Вера.

– А кому же еще? – не понял адвокат. – Следователь из ФСБ сам набирал номер матери Каролины: нашел в телефонной книжке строчку «мама» и нажал кнопочку.

– Но он с мамой не разговаривал?

– А ему зачем? Но это точно была мать Каролины. Мы слышали женский голос, который интересовался здоровьем дочери и как она ест. Каролина ответила, что икрой ее, разумеется, никто не кормит, но скоро она вернется домой и попробует вкусных домашних пирожков.

Теперь Вера почти не сомневалась, что «простушка» Каролина провела ее, Евдокимова, сотрудника ФСБ и адвоката Перумова. С мамой она не живет с пятнадцати лет и вряд ли звонила домой, чтобы вспомнить мамины пирожки. К тому же она сказала, что икрой ее не кормят, а ведь Вера лично покупала для нее и черную икру, и креветки, и фисташковое пирожное.