Прощание на Поцелуевом мосту

 – Я – секретарь городского комитета нашей партии. Моя фамилия Геллер. Зовут Михаил Борисович. Сейчас мы… – он покосился на бутылку, – мы обсуждаем проведение протестной акции против преступного бездействия властей, не желающих расследовать это жуткое преступление. Мы предпримем самые активные методы противодействия, пройдем маршем к мэрии и там устроим им всем Варфоломеевскую ночь.

– Кого собираетесь резать? – усмехнулась Вера.

– Это образно говоря, – нахмурился Геллер. – Но мы призовем всех этих казнокрадов к ответу! Они должны понять, что народ уже устал терпеть унижения, бесправие, нищету, голод…

Он посмотрел на одного из соратников:

– Лева, принеси еще закусочки из холодильника.

Мужчина вышел из комнаты.

– Я тоже считаю, что смерть Иноземцева связана с его партийной деятельностью, – произнесла Вера со значением. – И возможно, опасность угрожает всем активистам.

Геллер побледнел и посмотрел на своих коллег:

– А мы-то здесь каким боком? У нас нет никаких амбиций. Мы для народа стараемся… За него, то есть за народ, переживаем и болеем.

– А он собирался? – спросила Вера.

– Ну да, мы на учредительном съезде партии поставили цель – получить большинство в Думе и выдвинуть кандидатуру Иноземцева на выборах в президенты. Он после раздумья дал согласие. И мы все поддержали его.

– И какова была вероятность, что Дмитрий Захарович занял бы этот пост?

– Высокая вероятность, – произнес лысый мужчина. – Народ бы за него проголосовал.

– Но ведь голосование у нас тайное, – напомнила Бережная.

– Кто вам сказал такую глупость? – рассмеялся Геллер. – Честных выборов у нас никогда не было. Вот если бы они были, то Иноземцев давно был бы президентом и мы давно жили бы иначе.

– Кто мы? – спросила Вера.

Геллер не успел ответить: в комнату вошел тот, кто ходил за закуской.

– Там есть колбаса и сыр двух видов, – доложил он. – А еще консервы: печень трески, шпроты, семга в вакуумной упаковке, фрукты.

– А чего ты с пустыми руками? – удивился Геллер. – Почему не принес?

– Так вы не сказали конкретно, что нести.

Геллер всплеснул руками и посмотрел на лысого, словно ища поддержки. А лысый рассматривал стоящего у дверей.

– Что у тебя на щеке? – поинтересовался он.

– Где? – переспросил мужчина без тени смущения.