Я приду за тобой

 – Мне не грозит опасность, за мной не гонится маньяк, я не балансирую на грани жизни и смерти! От кого они хотят меня защищать?

– Тише, не так громко.

– Мама, он просто пытается посадить меня на поводок, – понизив голос, произнесла я. – Задушить мою самостоятельность.

– Не говори так. Из того, что я услышала от папы, Касим очень внимательный и уважительно относится к твоей профессии. Сказал, что после свадьбы ты вольна продолжить работать.

– Ну спасибо ему за такое одолжение. Я просто в восторге.

– Алсу, – мягко произнесла мама.

– Мамочка, это пытка: жить и знать, что за тебя все решили. Что тебе на шею накинули удавку и контролируют, насколько туго ее затягивать.

Мама вздохнула и посмотрела перед собой.

– Это я виновата, что ты у меня такая свободолюбивая. Непокорная душа, которая рвется на волю и боится малейших условностей. Брак, моя девочка, – это счастье. А с таким мужчиной, как Касим Таймазов, ты будешь как за каменной стеной. Это ли не высшая благодать для женщины – обрести мужа, который способен подарить ей безопасность и любовь?

–Ты видела его? Он не способен дарить любовь.

Она снисходительно улыбнулась и легонько похлопала меня по руке.

– Я думаю, ты ошибаешься. По крайней мере, дай ему шанс. Познакомься с ним поближе.

– Как?! Когда?! После никаха? Будет поздно, мама.

– Никах состоится, Алсу, хочешь ты того или нет. И только от тебя зависит, как вы построите свою семейную жизнь.

Я смотрела на маму и понимала, что она на самом деле верила в то, что говорила. Она и правда считала, что я могу быть счастлива в браке с незнакомым мужчиной. Ужас от осознания того, что на моей стороне остался только брат, сковал мой позвоночник. Где-то под грудью я почувствовала холодный ком, который распирал внутренности и ломал ребра. Такой одинокой и брошенной я себя чувствовала впервые в жизни.

– Пойду в душ, пока Карим не проснулся.

– Хорошо, – выдохнула я.

– Ты бы ложилась отдыхать.

– Да. Сейчас только дочитаю раздел и лягу.

– Спокойной ночи, дочка.

– Спокойной, мамуля, – пожелала я и, как только за мамой закрылась дверь, откинулась на спинку кресла.

Взгляд блуждал по каждому из окружавших меня предметов, не задерживаясь надолго ни на одном из них.