Случайная заложница

– Тогда я могу уйти, когда пожелаю?

– Нет, ? отвечаю с грустью, качая головой. ? Я не такой представлял себе нашу встречу.

–А какой? Ты бы и меня убил?

– Не говори глупостей.

– Финн… ?дотрагивается до моего локтя, и я слегка вздрагиваю, меня как будто прошибает электричеством.

– Привыкай быть здесь. Прости, Мишель, но тебе действительно придется временно побыть моей гостьей. ? Намеренно выделяю последнее слово, потому что из-за «пленницы» чувство вины усиливается. ? Садись есть.

Она неохотно выпрямляется и спускает босые ноги на пол.

Мимолетно замечаю бордовые ноготки, и эта деталь почему-то сильно врезается мне в память.

Глава 5

Бросаю одеяло, подушки и постельное белье на диван и тут же разворачиваюсь на выход.

– Ванная комната там, ?машу рукой в сторону белой двери. ? Скоро вернусь с ужином.

– Я не голодна, ? рычит Мишель мне в спину.

– Скоро вернусь, ? повторяю настойчиво. ? Выбери пока фильм.

– Фильм? Будем фильмы смотреть? А я думала, будет второй заход с изнасилованием.

С раздражением хлопаю дверью в подвал и резко дергаю засов, чтобы закрыть Мишель внизу. Бросаю в микроволновку ужин разогреваться, а сам кормлю собак. Пока они жадно набрасываются на корм во дворе у своего вольера, я осматриваюсь по сторонам. Стало жарко. Или это я так себя чувствую, потому что лицо и шея горят. Не от стыда, нет. От неудовлетворенного желания. Мне хочется свалить к Ками, но я не могу в первый день оставить Мишель саму.

А если ей что-нибудь понадобится? Завтра нужно будет съездить в их с Малоуном дом, чтобы привезти ей вещи и что там еще потребуется.

Нехотя возвращаюсь в дом, достаю ужин из микроволновки, раскладываю по тарелкам. Беру из холодильника остатки салата и делю напополам, свежий делать мне лень. Прихватываю пару бутылок пива, ставлю все это на поднос и иду к подвалу. Спускаюсь, Мишель в комнате нет. За дверью ванной слышу всхлипы и шум воды. Мне бы стоило испытывать стыд и сожаление, отпустить ее, но я не могу.

Где-то в глубине души я понимаю, что, если расскажу ей все, как есть, она не осудит и не сдаст меня. Но также я понимаю, что тогда больше никогда ее не увижу, она сбежит.

А потом в меня ударяет мысль: если у людей Маккензи я нахожусь в розыске, то они станут искать и ее, потому что мы ? единственные оставшиеся в живых. Маккензи ведь не в курсе, на что способна Мишель. А если он уже ее пасет? Я застываю, пораженный этой мыслью.