Непобедимая и легендарная

Впереди раздавались резкие, каркающие фразы и смутный гул множества голосов – похоже, что слушавшие оратора то ли соглашались с ним, то ли, наоборот, высказывали неодобрение.

По информации, полученной от казачьего разъезда, майор Османов понял, что на площади у городской управы митингуют местные большевики и сторонники «Незалежной Украины», которые после разгрома Красной Гвардией Центральной Рады и советизации Одессы разбрелись по небольшим городкам, где пытались вызвать к себе сочувствие, изображая страдальцев за народ, обиженных «клятыми большевиками».

Впрочем, все попытки реанимировать дохлый выкидыш «Украинской Государственности» были тщетны. Селяне, хоть и думали медленно, но все выгоды и убытки от посулов агитаторов за «незалэжность» просчитывали на удивление быстро, и бороться за что-то эфемерное, не обещающее ничего материального, не спешили.

– Нестор Иванович, – майор Османов взял за рукав Махно, – давай спешимся и тихонечко подойдем к этому говоруну, послушаем, о чем он там витийствует.

– Хорошо, товарищ Османов, – кивнул тот, – я только шепну своим хлопцам, чтоб они были начеку, и если что, выручили бы нас.

Переговорив о чем-то с Семеном Каретником, Махно слез с коня, передал поводья подскочившему молодому парню, и вместе с майором пошел на площадь, где соловьем заливался оратор.

Мужчина лет тридцати пяти, среднего роста, плотный, одетый в черное суконное пальто и фуражку, которую обычно носили чиновники средней руки, размахивая руками, обрушивал на селян и местных обывателей фразы, удивительно похожие на те, которые Османову пришлось в начале 2000-х услышать во время служебной командировки на Западную Украину.

– Украинский народ создан из той глины, из какой Господь создает избранные народы… – вещал оратор. – Мы можем жить вольно и богато, но клятые жиды, поляки и москали мешают нашей нации стать великой. Всех врагов – на ножи! Не надо бояться крови – черная кровь наших врагов польет дерево нашей свободы, и оно даст обильные плоды, которыми будет владеть только наша нация!

– А как же русские? – попытался возразить оратору человек средних лет, по внешнему виду мастеровой.

 – Ведь они же наши братья по классу!

– Если ты настоящий украинец, – грозно сказал человек в черном пальто, – то у тебя не должно быть братьев среди москалей. Запомни раз и навсегда: нашим врагом был не просто режим, царский или большевистский. Наш главный враг – вся московская нация.

«Ба! Так это ж сам пан Дмитрий Донцов! – подумал про себя Османов.