Первый и последний

Срываюсь с места и бегу в раскрытые объятия. Такие знакомые, практически родные. Господи, я даже сама не осознавала, насколько скучала по нему. Дрю ловит меня и заключает в кольцо своих рук так надежно, что я оказываюсь завернутая в его тепло и умопомрачительный запах, которым может пахнуть только он. Вдыхаю глубже и как будто снова оказываюсь в школе, когда моей единственной заботой было потерять девственность и урвать у жизни самые яркие ее куски.

Через пару минут Дрю отстраняется и с мегаваттной улыбкой, придерживая меня за плечи, осматривает с головы до пят.

– А я все думал: интересно, когда-нибудь Долорес Диккенс перестанет носить яркие наряды? – Моя улыбка не уменьшается, я просто не могу перестать улыбаться. – Рад, что ошибся, решив, что перестанешь. Как же я чертовски счастлив видеть тебя, малышка До, – произносит он и снова притягивает в свои ароматные объятия.

Пару минут мы стоим так, не шевелясь, а потом за моей спиной прочищает горло хозяин кабинета. Дрю отстраняется, а мне хочется ныть, как ребенку, у которого отобрали конфетку.

Внезапно я возвращаюсь в реальность и понимаю, насколько нелепа нынешняя ситуация. Я в кабинете знаменитого продюсера обнимаюсь со своей первой любовью. Неловко. Чувствую, как краснеет лицо. Дрю смотрит на меня и улыбается шире.

Медленно разворачиваюсь к Марку и не знаю, куда деть свои глаза, только бы не пересекаться с ним взглядами. Слышу его смех и немного расслабляюсь.

– Если бы я знал, что вы так близко знакомы, то сразу бы использовал тяжелую артиллерию в лице Дрю.

Дрю кладет руку мне на талию и подталкивает идти вперед. Его прикосновение обжигает кожу через тонкую ткань платья и я практически млею от этого ощущения. Сколько бы ни было в моей жизни мужчин, только его крупная горячая рука может оказывать на меня такое влияние. Не позволяю ногам подкоситься от удовольствия, переставляю их, двигаясь назад к дивану. Я присаживаюсь на свое место, а рядом со мной располагается Дрю. Не могу перестать смотреть на него.

Впитываю каждую черту, фиксируя в памяти изменения. Он чертовски привлекателен. По-мужски красив. Из той редкой породы мужчин, рядом с которым хочется становиться лучше, только бы соответствовать.

– Итак, мы с Долорес собрались обсудить наше к ней предложение.

– Ваше? – по-идиотски спрашиваю я. Черт, никак не могу нормально настроиться на встречу.

– Наше, Долорес, – подтверждает Марк. – Как уже упоминал, я являюсь продюсером группы «Крашез».